— Простите, — только и смогла сказать я, теперь мне пришлось зажимать рот рукой.
— Если вы хотите, мы известим вас о дате и месте проведения похорон, — неуверенно пробормотал он, но я не могла продолжать разговор.
— Нет, спасибо, — выпалила я на одном дыхании. — Мне так жаль.
К тому времени, как я положила трубку, я была уже на полпути к ванной. Меня чуть было не вырвало по дороге.
Я проползла по холодному кафельному полу в туалет, знакомым жестом обняла унитаз и почувствовала его прохладное прикосновение к моему лбу. Я закрыла глаза. Я снова в Атлантик-Сити, рядом со мной рядком разложены таблетки, готовые запрыгнуть мне в рот и унести меня туда, куда я хочу уйти. И голос моего отца, эхом доносящийся через годы: «Я хочу увидеть мою девочку». Закрытая дверь, меня так и не пускают, идиотский алтарь, сооруженный матерью в память о папе, — все вперемешку. Сколько раз смерть казалась мне предпочтительней жизни? Уснуть и уплыть туда, где ничего не нужно чувствовать, решать, делать… И не просто не бояться вечной темноты, а радоваться ей. Господи, это соблазн следует за нами по пятам, да?
Несмотря на все свои вялые попытки самоубийства, среди моих знакомых не было никого, кто покончил бы с собой, и тем более среди моих девочек.
Я уселась на холодный пол и стала оплакивать Маффи.
* * *
Позже, когда я лежала в постели с мокрым полотенцем на лбу, а рядом сидел Бенджамен и гладил меня по руке, я попыталась поговорить о случившемся.
— Почему?
Голос Бенджамена прозвучал очень трогательно.
— Кто же знает, — тихо сказал он. — Может, она не могла оправдать надежд своей семьи и не выдержала этого.
— Мне казалось, что она уже привыкла и не обращает внимания, — сказала я. — Господи, Бенджи, может быть, что-то случилось на вызове?
— Ну конечно же нет, — тут же возразил он. — Девочки работают каждый день, но никто из них не кончает жизнь самоубийством.
— Это мы так думаем, — мрачно заметила я.
Но Бенджамен меня не понимал.
— Эбби, тебе нужно выбросить это из головы. Ты не можешь отвечать за всех на свете. Эта девушка ведь не выходила на работу несколько недель, да?
Я беспомощно кивнула. Мы начали разбор полетов еще за ужином, когда Бенджамен позвонил Джейн и попросил ее посидеть за меня на телефонах — очень умно с его стороны. Я умудрилась впихнуть в себя три пластинки лазаньи, прежде чем снова рвануть в туалет и оставить там ужин.
— Значит, самоубийство не было реакцией на что-то случившееся во время вызова, — сделал вывод Бенджамен.
— Я пытаюсь вспомнить, с кем она виделась в последний раз. — Это было несколько недель назад, а я не веду записей. И обычно горжусь этим. — Не помню. Может, с Карлом Лианца, с парнем из «Четырех сезонов», она к нему часто ездила.