— Упрямец! Почему не хочешь признать этого?
— Потому что нечего здесь признавать, вот почему.
— Это неправда! Я чувствую твой страх, и чувствую, что за ним кроется нечто большее — грусть и тоска…
— Эльфийка! — угрожающе зарычал охотник за головами. — Я был бы тебе очень признателен, если бы ты оставила все это при себе…
— Ты научился как следует прятать свою боль, но она не ушла. Пока ты не выйдешь против нее, ты никогда не справишься с ней.
— Спасибо, — проворчал он. — Еще будут мудрые советы?
— Ну почему ты меня не слушаешь? Я хочу помочь.
— Это очень по-дружески с твоей стороны, но помощь мне не нужна.
— Глупец!
— Высокомерная девка!
— Грубиян!
— Наглая, отвратительная…
Раммар и Бальбок немало удивились — эльфийка и охотник за головами осыпали друг друга ругательствами не хуже двух орков. При этом Раммар понимал, почему они оба так себя ведут, но по какой-то причине эта мысль ему совершенно не нравилась.
Чтобы спорщики своими криками не привлекли внимания жуткой живой тени, он решил вмешаться.
— Скажите-ка, вы, двое, — зашипел он, — к чему это глупое токование?
— Токование? — переспросил Корвин, уставившись на него.
— Ну конечно, — проворчал орк. — Ясно же, что ты положил на эльфийку глаз, а эльфийка странным образом находит тебя не настолько отталкивающим, каким ты являешься на самом деле.
— Это… это чушь! — беспомощно возразил Корвин, но взгляд, которым он обменялся с Аланной, доказал Раммару. что он попал не в бровь, а в глаз.
— Вместо того чтобы ругаться, — продолжал орк, — лучше займитесь этим сразу же, здесь и сейчас. Тогда все будет позади.
— Что ты имеешь в виду? — спросил неприятно пораженный Корвин.
— Что мы должны сделать? — покраснев, спросила Аланна.
— Ну что же еще? — грязно улыбнулся орк.
— Ты… ты имеешь в виду?..
Раммар кивнул.
— Лучше всего сделать это вон в той луже. Вам наверняка придет в голову кое-что забавное.
— Что именно? — спросил Бальбок.
— Молчи! — пробурчал Раммар.
— Я правильно поняла? — удивленно переспросила Аланна. — Ты… ты не только подталкиваешь нас к тому, чтобы совершить любовный акт, но мы еще при этом должны вываляться в грязи?
— Так, как поступают орки, — подтвердил Раммар, и его ухмылка стала еще более отвратительной.
— Ах ты, мерзкое создание! — воскликнула она. — Как ты посмел поливать грязью такой возвышенный акт?
— Не поливать, — поправил орк. — О поливании речи не было.
— Неужели же у тебя нет тонких чувств? — возмутилась эльфийка.
— Конечно же, нет, — сказал Корвин. — Он — орк, а орки следуют только своим инстинктам.
— В таком деле это совершенно логично, — заявил Раммар, по-прежнему ухмыляясь во весь рот.