По лифту в полой причальной мачте китопасы, переквалифицировавшиеся в ледоформаторов, спустились прямо на нижний горизонт базы. Сихали Браун, Вуквун, Илья и Шурики были облачены в пухлые комбинезоны с электроподогревом и все равно мерзли. Резкий переход из тропиков в приполярье хоть кого застудит.
В порту тоже было холодно. С высокого сводчатого потолка капало, а над водой в канале клубился реденький парок. Все три «Орки» были пришвартованы в рядок.
На причале было пусто и чисто. Слонялся только безутешный киберуборщик – вокруг ни соринки, торчали в своих боксах авторазгрузчики, а потом из диспетчерской прибежал начальник порта и помог отцепить манипуляторы, выполнявшие роль швартовов.
– За «горой» собрались? – поинтересовался он, с любопытством посматривая на кобуры с бластерами, с которыми китопасы не расставались.
– За нею, – солидно кивнул Арманто. – Откроете нам?
– А, это мы мигом!
Вуквун поднялся по трапу на палубу «Орки-1» и спустился в люк. За ним последовал Тимофей.
– Люк закрыл? – спросил его Арманто.
– Так точно… – с натугой ответил Браун. – Готово!
– Садись, осваивайся, хе-хе…
Командир звена субмарин стащил с себя куртку и уселся на свое законное место. Младший смотритель примостился за его спиной, лицом к правому борту. Перед ним клонился пульт с экранами, а выше круглился иллюминатор. Было не очень приятно уступать командирское кресло – на своей же «Орочке»! – а что делать? Арманто успел уже три «ледышки» спустить, а он – ни одной. Есть же разница…
Загудел реактор, завыли турбины, зажурчали водометы. Ворота шлюз-камеры отворились, выпустили звено субмарин и закрылись. Вспыхнул яркий свет, и через компенсаторы хлынула вода. Вуквун тут же нагрузил цистерны.
Медленно разошлись внешние ворота, и подлодки вышли в море. Удивительно, но на стометровой глубине их встретил свет – вода почти не ощущалась, до того она была прозрачна. Градусник показывал минус один и восемь за бортом, но иллюминаторы спорили с прибором. Настоящие джунгли вокруг! Красные кораллы, ярко-желтые губки, гигантские морские звезды фиолетового окраса… Черви в метр длиной копошатся меж продолговатыми морскими огурцами, рыбы губастые косяками шастают… Тропики ниже нуля.
Арманто поднял субмарину, чтобы перевалить отмель, и тут сверху, через прозрачный колпак, заглянул морской леопард – нос торчит, пасть огромная, по-крокодильи зубастая… Недаром его пингвины так боятся!
На отмели, где скапливался криль, целым стадом паслись малые полосатики – вроде как уменьшенные копии синих китов. А потом впереди засинела неровная стена – шельфовый ледник Эймери.