Швед тяжело дышал. Его широкая грудь бурно вздымалась. Он весь дрожал от гнева.
— Мерзавец! — повторил он еще раз.
— Вы арестованы, мистер Невинс, — сказал Черепанов. — Прошу следовать за мной.
О'Келли молча повиновался. На его щеке горело багровое пятно. Он встал, долгим, пристальным взглядом посмотрел на Маттисена и вышел.
— Все обошлось проще, чем я думал, — сказал Козловский. — Я ожидал, что он будет упорствовать в своем обмане. Тогда пришлось бы Семену Борисовичу помочь мне разоблачить его.
— Я хорошо знаю Чарльза О'Келли, — в виде пояснения сказал Штерн.
— Значит, вы с самого его приезда знали, что это не он? — удивленным тоном спросил Куприянов.
— Да, знал, — нехотя ответил астроном.
— Все кончилось счастливо, — сказал Лемарж. — Вы разрешите послать эту корреспонденцию во Францию?
— Конечно! — ответил Козловский. — Для этого я и пригласил вас.
— Но вы уверены, что, кроме этого Невинса, нет других? — озабоченно спросил профессор Линьелль.
— Нет, пока еще не уверен.
— Разрешите вас поблагодарить, — вставая и протягивая руку, сказал Маттисен. — Безопасность корабля и его экипажа — дело чести ученых всего мира.
— Мы тоже так думаем. — Козловский крепко пожал руку шведского ученого. — Для охраны гостей будет сделано все, что в наших силах.
Иностранцы вышли. В палатке остались Артемьев, Куприянов, Штерн и Ляо Сен.
— Откуда вы узнали, что его зовут Невинс? — спросил Куприянов.
— Это было не так трудно, — ответил Козловский, — раз явилось подозрение, что он не тот, за кого выдает себя. Между прочим, этот Невинс крупный агент одной иностранной разведки. Они не пожалели его. Игра, по их мнению, стоила свеч. Значительно труднее было установить, что настоящий О'Келли не выезжал из Америки. Но, как видите…
Куприянов покачал головой.
— Хитро придумано, — сказал он.
— Вы считаете, что это хитро? — Козловский удивленно посмотрел на профессора. — У меня совсем другое впечатление. Мне кажется, что это не только не хитро, но даже наивно. Они должны были понимать, что из состава экспедиции Академии наук кто-нибудь обязательно знает такого крупного ученого, как Чарльз О'Келли. Этот Невинс шел на верный провал.
— Он очень похож на настоящего О'Келли, — заметил Штерн.
— Похож, верно! — Козловский всем телом повернулся к старому академику. — Если, бы у них было время подготовить его как следует к роли астронома, тогда — другое дело. Можете ли вы утверждать, что не открыли бы обмана после первого же научного разговора с этим человеком?
— Чем можно объяснить присылку к нам этого Невинса под видом О'Келли?