- Быть или не быть, вот в чём допрос, - так кратко объяснил следователь ситуацию дяди.
Когда дяди не стало, его жена вынуждена была уехать из Москвы в Бердичев на постоянное жительство, но какой-то прошлый лоск сохранился. Я знаю, что после посмертной реабилитации дяди во времена хрущёвщины она возобновила свои крики.
- Мой муж был ответственный работник НКВТ! Вообще кричать в Бердичеве любят и умеют. Я знал, несмотря на ночное время, Бердичев меня встретит криками. И действительно, еще поезд замедлял свой ход у бердичевского перрона, а я уже слышал:
- Чичильницкий! Чичильницкий!
Звали какого-то Чичильницкого. Фамилию эту я в Бердичеве слышал и кое-кого знал. Красивый народ, особенно дочки, молодые девушки с замечательными фигурками и глупыми хитрыми личиками. Старшая работала парикмахершей и летом стояла перед дверьми парикмахерской в белом производственном халатике, обращаясь к проходящим мимо мужчинам, не взирая на их возраст:
- Мальчик, дай мне заработать.
Кстати, у неё был неплохой голосок и имелись вокальные данные. Помню, как в конце сороковых она исполняла на городском смотре художественной самодеятельности песню своего брата Суни Чичильницкого. Песня называлась: "Каштаны Бердичева". "На лицо мне упал белый цвет от каштана..." Потом выступал сам Суня, читал свои лирические стихи: "На улице раздался смех, смеялися с балкона..."
Брата и сестру хорошо принимала публика, но первое место занял всё-таки слесарь бердического кожзавода имени Ильича Николай Охотников, который, выйдя на сцену, побагровел и отчаянно закричал в зал, как бы прикрикнул на публику:
- Э-э-э-то руссска-а сторонка, э-э-э-то ро-ди-на ма-а-а-а-я-я.
- Чичильницкий! Чичильницкий!
А может сейчас звали Чичильницкого не из этой семьи. В Бердичеве Чичильницких, как в селе Чубинцы Чубинцов. Но там хоть понятно, а эти откуда? Чичиков, что ли, в своём дальнейшем, ненаписанном Гоголем путешествии по России, в своём путешествии из третей части "Мёртвых душ" заехал в Бердичев и оставил здесь потомство от какой-нибудь красавицы-шинкарки, потомство со временем преобразившееся в Чичильницких. Может и сам Чичиков покоится здесь, на бердичевском православном кладбище, которое я хочу порекомендовать Чубинцу, когда тот проснётся. Может покоится Чичиков под мраморным розовым крестом, утешенный и обласканный мраморным розовым ангелом в изголовьи могильной плиты? Или спит под чудесным памятником чёрного с синим отливом камня-лабродорита, на котором золотом вырезано его имя, отчество, фамилия, дата рождения и дата смерти, почти совпадающие с рождением и смертью самого Николая Васильевича Гоголя, жаль, так и не посетившего Бердичев, а отправившегося в своё тяжёлое, печальное путешествие в Иерусалим.