– Извините, что явилась не вовремя, – проговорила она прерывающимся голосом, быстро вставая.
Он тоже встал.
– Это мои родные нагрянули не вовремя, не ты. Ты не могла не прийти, узнав, что я уезжаю. – Он улыбнулся. – Если бы ты не пришла, я бы не выдержал и сам прибежал к тебе.
Ребекка смутилась. И чтобы скрыть смущение, сказала первое, что пришло в голову:
– Мне очень понравилась Кэтрин. И очень хорошо, что вся ваша семья в сборе. А я с грустью вспоминаю свое детство – тогда мы все были вместе… Однажды мы с Саймоном играли в шахматы, и он меня обыграл. Тогда я схватила шахматную доску и ударила его по голове… – Она замолчала, недоумевая, зачем рассказывает это сейчас.
– Он дал тебе сдачи? – спросил ее Люк.
– Нет, он никогда не обижался на меня. Старался, чтобы я всегда выходила победителем.
– Странно… но такое же действие ты оказываешь и на меня, Ребекка… – с добродушной иронией сказал Люк.
Она пристально вгляделась в его лицо – от подавленности в нем не осталось и следа.
– Давай присядем, – предложил Люк с лукавой улыбкой.
Ребекка с радостью села в кресло – у нее от волнения подкашивались ноги.
Но она должна извиниться за необоснованность своих обвинений и поблагодарить его за безграничную щедрость. Только наберется сейчас храбрости.
– Мы с Саймоном ездили в город… в банк. Там я узнала, что вы уезжаете, и пришла попрощаться, – торопливо объяснила Ребекка. – Я не хочу, чтобы вы уехали и…
– И?…
– …и думали, что я плохо воспитана… Не хочу, чтобы мы расстались, не помирившись, – нашлась она.
– И это все? – разочарованно проговорил Люк.
Вспомнив, с какими обвинениями она на него накинулась на прошлой неделе, у себя в спальне, она покраснела и смущенно опустила глаза.
– Мне следует извиниться перед вами… Я обвиняла вас без всяких на то оснований… Мне очень жаль, что так получилось… Еще хочу поблагодарить за то, что вернули наследство, оставленное мне моим отцом, – выпалила Ребекка и похолодела: она совершенно забыла, что обещала брату не говорить ему об этом. – Я догадалась, что это вы помогли Саймону вернуть мои деньги, – добавила она, помолчав. – И я вам очень благодарна за это.
– И когда же вы догадались? До или после того, как он вам все рассказал? – саркастически улыбаясь, спросил Люк. – Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной мне… или была преисполнена благодарности… или обременена чувством долга… – задумчиво проговорил он.
Люк внимательно вглядывался в красивое побледневшее лицо Ребекки – ее безупречная красота обезоруживала его. Бегство в Корнуолл ничего не решит – его убивала одна мысль о разлуке. Вот она стоит перед ним во всей своей красе, и он боится, что не вынесет этого испытания. Создавшееся положение делает несчастным не только его, но и Ребекку. Ее гордость, ее ревность… ее недоверчивость, ее инфантильность… это и его поражение, грустно подумал он.