Пока боль, впервые с того момента как я открыла глаза, не пронзила меня насквозь, заставляя стиснуть зубы, чтобы сдержать стон. Но даже в таком состоянии я не могу не наслаждаться ее движениями.
Она словно огонь. На мгновение замирает, растворяясь в воздухе, сливаясь с ним, становясь им. И… вспыхивает. А ее платье поднимается, как всполохи пламени.
Она так быстра, что я не замечаю, откуда в ее руке появляется темный флакон, который она подносит к моим губам.
– Пей.
У меня нет причин ей верить. Но вопрос, доверять ли ей, даже не возникает. В моих ощущениях нас связывает вечность. Я ее не знаю – я ее чувствую. Я ощущала аромат ее тела, когда держала на руках малышку. Я удивлялась ее искренности, когда детские ручонки обвивали мою шею. Я не знаю, почему она не рядом с дочерью, но у меня нет сомнения, что причина для этого есть. И она очень существенная.
И с трудом, пытаясь сфокусировать свой взгляд на ее зрачках… вертикальных зрачках, раскрываю губы.
Жидкость обжигает их, огненной волной омывает язык и лавой скользит внутрь.
И боль отступает, растворяясь. В наполняющей мое тело силе.
– Что это? – Мой голос все еще слаб, но уже не наводит на мысль о скоропостижной кончине.
– Лучше тебе не знать. – И она легко, лишь одними уголками губ, улыбается. Эту улыбку было бы трудно заметить, если бы не глаза. Они настолько живые, настолько радостные, что не оставляют сомнения в том, что творится в ее сердце. Но, видно для того чтобы избавить меня от глупых мыслей, она объясняет: – У тебя восстанавливаются родовые щиты, забирая остатки резерва. Отсюда и боль. А это, – она кивает на пустой пузырек, – эликсир на основе крови драконов. Так что к утру будешь как новенькая.
– Спасибо.
Она удивленно смотрит на меня.
– За что?! Это ты дважды спасла мою дочь.
Глупая ситуация. Придется искать слова, объясняя, что никого я не спасала. Специально. Просто так получилось. Просто вот тот самовлюбленный красавчик, что распластался в одном из кресел, вздумал погулять по чужому миру. Просто одна дура тогда же решила убить время в ближайшем парке. Просто та дамочка, о которой не стоит упоминать вслух, вздумала свести их на одном перекрестке.
Просто… Просто…
А Альена всего-навсего ребенок. И будь на ее месте… Да я за своего Сашку, за Аншара, за малышку принцессу…
И я поднимаю глаза на прекрасную драконицу, пытаясь если не членораздельной речью, то хотя бы взглядом прояснить свое участие в этой заварушке.
Но, похоже, это ни к чему. Потому что Тиасаль уже сидит рядом со мной и прижимает мою ладонь к своей щеке: