– Уверен, большая часть присутствующих прошла через это.
– Вы мне льстите, – она улыбнулась.
– Наверное, и ты хочешь сказать, что скучала.
– Да. – Томилась.
– Да. – Страдала?
– Ну-у-у… – Алька подняла голову и немного помолчала, кокетливо закусив нижнюю губу. – Андрей Григорьевич… – она осеклась.
– Ты можешь спросить у меня все, что угодно.
– А почему вы тогда… Ну, я проиграла в бильярд, и вы не воспользовались своим правом победителя… Почему?..
Алька перестала танцевать, остановилась и нарочно обняла его за шею. Улыбка на ее лице была доверительной и коварной одновременно.
Она просто не могла задать другого вопроса. Потому что более провокационного вопроса не существовало.
* * *
Даша с огромным трудом пробралась за сцену. Каждый, кто попадался на пути, считал своим долгом умилиться, а затем попросить исполнения желаний. «Палочка на профилактике», «блин, волшебные слова забыла», «не частите, молодой человек, вы сегодня у меня уже три иномарки попросили», – каждому приходилось что-то отвечать, медленными темпами двигаясь к цели…
В школе Даша участвовала во всех спектаклях, которые активно ставили то к одному празднику, то к другому, а когда однажды заболела, то получила скучную роль за кадром – ей пришлось отвечать за освещение. На стене в ряд располагались кнопочки, и в ее обязанности входило нажимать их соответственно эпизоду. С ролью Даша отлично справилась и теперь собиралась повторить успех.
– Где у них тут свет вырубается? – ворчала она, ныряя за пыльную бархатную портьеру. – Палочка, палочка, что ж ты не работаешь… Мы б сейчас с тобой – ух!
Запутавшись в каком-то тряпье, она подергала ногой, чтобы освободиться, огляделась и увидела рядом со старенькой серой дверью три мощных рубильника: черный, синий и зеленый.
– Нда-а, – нерешительно протянула Даша, боясь даже прикоснуться к одному из них.
А вдруг они отвечают не за свет? А вдруг потолок рухнет, если дернуть, например, за синий? Нда, если одну из рукояток оторвать, то потом ею можно смело колоть кокосовые орехи!
– Нет, это слишком… я не смогу… – трусливо пропищала Даша, шмыгнула носом и поплелась обратно. Но, отодвинув край портьеры, увидела Альку и Андрея. Они танцевали в центре зала, и между ними и над ними кружилась золотистая пыльца, как в шаре… – Галлюцинации, – сначала решила Даша, а потом списала это чудо на блики гирлянд и огни елки. Шар. Шар. Как же жалко, что он не пригодился! И чего он только сверкал, будто просился: «возьми меня с собой, возьми…» А если притащить его и сунуть Альке в руки? Пусть танцует вместе с шаром! И он случайно разобьется! Эх, не годится… Получится специально, чего допустить никак нельзя.