Несколько мгновений он стоял молча, а потом пересек комнату, заключил Мэдлин в объятия и поцеловал — стремительно, настойчиво, страстно.
Подняв голову, Джарвис заглянул ей в глаза и снова удивился, какой исключительно самобытной она была — его валькирия. Почувствовав, как застывает его лицо, он поставил Мэдлин на ноги, кивнул и пошел к двери.
— Я буду ждать тебя у задней двери парадногохолла.
Путешествие вокруг Лизард-Пойнта по бушующему морю, в темноте, при штормовом ветре, было не для слабонервных.
Лодки взлетали на волнах и снова ныряли, но за рулем и на веслах сидели бывалые моряки, которые знали эти воды, знали, где проходят течения и как выгоднее всего их использовать. Волны разбивались о носы лодок, и вскоре брызги намочили тех, кто разместился между гребцами, а ветер, острый, какнож, яростно набрасывался на людей, которые все были без шляп.
Лодки осторожно обогнули Лизард-Пойнт и ярд за ярдом продвигались дальше по накатывающим волнам. Темнота была полная, а небо вверху представляло собой волнующуюся темную серо-синюю массу.
Неизвестно, сколько времени заняло путешествие, так как никто не рискнул взять с собой часы, но неожиданно сквозь пену и брызги стали видны огни в Кайнанс-Коуве, первой бухте на север от Лизард-Пойнта.
— Он там.
Далзил, подавшись вперед, вглядывался поверх гребней волн; волны были настолько большими, что сидевшим в лодках, то взмывавших высоко вверх, то проваливавшихся в глубину, только иногда удавалось отчетливо увидеть берег.
Их лодка бесшумно скользила по волнам, а остальная небольшая флотилия дрейфовала вслед за ней, и гребцы опускали весла лишь для того, чтобы выстроить лодки в линию, параллельную берегу.
В одной из лодок Мэдлин увидела Чарлза, который помахал им рукой.
Постепенно скалистые пики приближались, а на берегу отступившая вода оставила у подножия высоких утесов полоску довольно сухого песка шириной в десять ярдов. Чувствуя, как у нее сжались легкие и натянулись нервы, Мэдлин осматривала бухту, пристально вглядываясь всякий раз, когда волна поднимала их достаточно высоко, чтобы можно было хорошо рассмотреть берег, и, увидев фигуру, которую искана, на ощупь нашла локоть Джарвиеа и, сжав его, указала:
— Эдмонд… Вон там!
Ее брат был маленькой фигуркой и казался еще меньше, потому что сидел, скрестив ноги, у самых утесов между мысом, к которому направлялись лодки, и серединой побережья бухты, куда, как предсказывали Гарри и Бен, было направлено внимание всех остальных на берегу.
Факелы — длинные колья, обернутые пропитанными маслом тряпками, — были воткнуты в песок по большой окружности, создавая круг света, так что темнота за его пределами казалась еще гуще, и на границе мерцающего света сидел Эдмонд. По неестественному положению его рук можно было предположить, что кисти связаны у него за спиной.