— Не надо. На нас уже странно смотрят.
Действительно, часть студентов не на шутку заинтересовалась разговором между хорошенькой равейной и вечно мрачным преподавателем. А Валмир так вообще поглядывал ужасно неодобрительно. Интересно, кому адресовалось его порицание, мне или Рэмерту? Я нервно поправила волосы, мимоходом выудив из них какую-то белесую нитку. Что за глупость, я же час их укладывала, заплетала — никакого мусора и быть не может… Сверху, что ли, насыпалось? Я аккуратно спалила нитку прямо в кулаке.
— Посмотрят и перестанут, — уже спокойнее заметил некромант. — Они люди привычные. Та же Моника мне прямо на лекциях такие сцены закатывает, загляденье просто, — он неприязненно посмотрел на блондинку. Та то ли не заметила косой взгляд, то ли сделала вид, что оно ей все равно. — Видимо, считает, что наши несостоявшиеся отношения дают ей такое право.
— Почему не состоялись, если не секрет? Преподавательская этика? — без всякого заднего интереса спросила я. Затянулась неловкая пауза. Но потом Рэмерт махнул рукой с непотушенной сигаретой и честно ответил:
— Да какая этика! Она же совершеннолетняя, значит, отдает себе отчет в поступках. Нет, просто стерв не люблю.
— По вам так сразу и не скажешь.
— Такой уж я, полон тайн и загадок, — невесело отшутился он. Выражение его лица прямо-таки кричало: «У меня страшная тайна в прошлом, это все неспроста!», но от вопросов я воздержалась. Пока. — Давай лучше вернемся к твоему проекту.
— Вы же вроде не собирались помогать? — искренне удивилась я.
— Я буду помогать. Но только помогать, а не тянуть проект на себе. Так что определись сначала, что конкретно тебе нужно.
Я с этим уже давно определилась… Уже месяца три.
— Мне нужно описание ритуала «тьма избавления». Плюс возможность вести конспекты… да, я знаю, что эта книга в закрытом доступе, но мне все равно надо делать записи… И вообще, допуск в библиотеку. Полный.
— Полного даже у меня нет, — проворчал Рэмерт, но, кажется, только для вида. — Но свой допуск уровня декана предоставляю в твое распоряжение. Еще что-нибудь?
— Ну… — я улыбнулась. — Пожалуй, ваша компания для обсуждения. Согласитесь?
— С удовольствием, — хмыкнул Мэйсон. — За завтраком, обедом и ужином… А так же вместо завтрака, обеда и так далее. Слушай, а почему ты так цепляешься за это исследование? Слава первооткрывателя покоя не дает?
— Нет, — я покачала головой. — Это личное.
— Расскажешь?
Я вздохнула, посомневалась… а потом решилась. Почему бы и нет, в конце концов?
Историю нашего с Максимилианом путешествия, благополучно завершившегося у алтаря… точнее, на алтаре, на жертвенном, я рассказала крайне сжато, делая упор на собственные эмоции, а не на заговор инквизиции. Если честно, то в структуре этого заговора я до сих пор не разобралась, как и в мотивах. Смотрители наделали кучу ляпов, их план по стравливанию кланов и равейн мог пройти только чудом… А чуда не случилось. Впрочем, с политической стороной дела пусть разбираются князья и Совет. Те, кому действительно это интересно. А я даже вникать не хотела. Ту инквизиторскую штучку, оставшуюся от сирены, переданную мне девушкой-менестрелем, я вместе с письменным отчетом отправила Риан. Пусть копается, не жалко. Мне же близка была лишь судьба одного князя. Даже если мне не светило стать его подружкой, все равно я не собиралась позволить ему вот так просто и безыскусно умереть.