Когда в половине восьмого зазвонил телефон, я была уверена, что это Джейк. Я схватила трубку, сгорая от нетерпения поскорее составить планы на праздничную неделю.
— Алекс? Это Нед Такки. Прости, что звоню так рано в воскресенье, но мы ночью кое-кого арестовали, и тебе наверняка захочется знать об этом.
Такки и его напарник Алан Вандомир — двое ребят из числа моих любимых детективов в Спецкорпусе. Умные, чуткие и добрые, они проводили потерпевших через следствие, словно в лайковых перчатках. Если они мне звонили, значит, мне надо было услышать, что они скажут.
— Конечно. Что вы нашли?
— Оральное изнасилование с незаконным проникновением в жилище. 64-я Восточная, прямо у Йорк-авеню. Женщина, пятьдесят пять лет, в три часа утра возвращалась домой с рождественской вечеринки.
— Как она?
— Кажется, с ней все нормально. Сейчас ей оказывают первую помощь. Мы заберем ее, как только врачи разрешат, и проведем более тщательную беседу.
— Повреждения?
— Никаких. На самом деле она сообщила об этом, позвонив в службу спасения, но в больницу ехать отказалась. Преступник ворвался за ней, когда она открыла дверь в подъезд. Немного подшофе.
— Он или она?
— Она. Перебрала за праздничным столом. Он точно знал, что хотел. Велел ей опуститься на колени, прямо там, в холле. Задрал ей свитер, расстегнул лифчик и поцеловал груди. Потом расстегнул брюки и сунул пенис ей в рот.
— Эякуляция была?
— Да. Но она поднялась прямиком в свою квартиру и почистила зубы. Сомневаюсь, что нам удастся получить его ДНК. Правда, она сказала, что у нее был ужасный привкус во рту. Хотя это скорее психологическое. В любом случае мы попросили медсестру взять у нее мазки. И с грудей тоже.
— Хорошая идея. — Даже микроскопического количества слюны, найденного на теле жертвы, будет достаточно для новейшей методики обработки ДНК — анализе КТП. «Короткие тандемные повторы» генетического отпечатка копируют миллионы раз, что дает уникальные, опознаваемые модели.
— И ее зубную щетку возьмите. Авось повезет. Он что-нибудь украл?
— Да. Смылся с ее сумочкой, но там ничего особенного не было. Ключи она все время держала в руке. В кошельке лежало долларов тридцать, несколько визиток. И сотовый телефон. Сумку подонок выбросил в мусорный бак в квартале оттуда. Сотовый пропал, но у нас есть кошелек. Визитки я отдам на экспертизу. Если он к ним прикасался — снимут отпечатки пальцев. Во всяком случае, я на это надеюсь.
— Она уже заблокировала мобильник?
— Нет. Мы попросили ее не делать этого двадцать четыре часа.
— Здорово. Как приеду утром на работу, отправлю вам факсом запрос. — Большинство грабителей оказываются настолько глупы, что пользуются украденными мобильниками, пока не сядут аккумуляторы либо пока телефон не заблокируют. Мы получали сведения от мобильных компаний за три или четыре дня и часто ловили преступников по звонкам, которые те успевали сделать своим друзьям или родственникам.