— Я не ожидала, что ты достигнешь таких успехов, — произнесла Эмма, когда они въехали в долину и повернули на запад в сторону Давоса и Цюриха.
— А чего ты ожидала?
— Боялась, что ты все примешь за чистую монету и на несколько лет исчезнешь в горах.
— Вполне возможно, если бы не багажные квитанции. А когда я получил вещи, все пошло кувырком. После того как я убил полицейского, назад мне ходу уже не было. Единственный способ снять с себя обвинения — идти вперед. Симона пыталась уговорить меня уехать из страны, но, увидев содержимое чемодана, я не мог бежать. Я хотел знать.
— Именно в тот день не доставить почту! — качая головой, посетовала Эмма. — Но похоже, я ошибалась насчет тебя.
— Ладно, прощаю. На этот раз, — сказал Джонатан.
Она рассмеялась, но больше из вежливости.
— Ну, теперь твоя очередь, — продолжил он. — Я тебе помогу. Начни с горы. Что именно я видел?
Эмма помрачнела. Перемена в ее настроении была сродни резкому похолоданию, когда солнце прячется за тучи.
— Красную куртку, парик, лыжные штаны, искусственную кровь.
— А как ты спустилась в расселину? В одиночку это слишком опасно.
— Я и не спускалась.
— Что значит — не спускалась?
— Я зашла в нее снизу. Ты сам показал мне этот путь в лето после нашей свадьбы.
Прикрыв глаза, Джонатан вспомнил: тогда они приехали в Давос на выходные, чтобы покататься на лыжах, и первую половину дня провели, лазая по пещерам и гротам, которых здесь множество.
— Но в эти пещеры можно попасть только летом. Зимой это невозможно…
Эмма покачала головой, имея в виду, что он ошибается.
— В прошлую пятницу я не ездила на встречу в Амстердам, а отправилась сюда, чтобы проверить, не требует ли мой план дополнительных мер.
— «Дополнительных мер»? Это что, шпионский сленг?
Эмма оставила его замечание без внимания.
— Оказывается, если выбрать правильное место у основания ледника, то можно попасть в пещеры. Я настроила ручной GPS-навигатор, задала программу и ввела в память маршруты вверх и вниз, чтобы не заблудиться, если пойдет снег.
— Вот почему ты настаивала, чтобы мы поехали в Арозу, а не в Церматт, — задумчиво произнес Джонатан, почему-то чувствуя себя соучастником.
— У меня был хороший повод — годовщина нашего первого восхождения восемь лет назад.
— Наша годовщина. Конечно. — Джонатан теперь не сомневался, что она соврала о метеосводке и вывела из строя его рацию. — А откуда ты знала, что мы не сможем поднять тебя?
— Я не знала, — призналась Эмма. — Я сыграла на том, что Штайнер со своей командой пойдет в горы спасать женщину со сломанной ногой, а не поднимать ее из стометровой расселины. Веревка — вещь тяжелая, и я надеялась, что они не возьмут с собой больше необходимого. Я даже удивилась, что у них оказалось две длины.