Я удивлен, что Оля так быстро смогла отказаться от своего образа. Что ее недоступность и показное тщеславие отступили. Я рад, что она похожа на остальных девушек. Рад, что она ревнует, и не может это чувство спрятать. Что она пытается быть хитрой, но ее хитрость не имеет места в ее взгляде. Мне приятно, что с ней можно вести себя как с остальными, предугадывать ее мысли, читать ее действия, уметь влиять на ее поведение. Она женщина — она не умеет прятать за своей красотой свои истинные чувства. Она настоящая.
Следующий весь день я пробыл дома. На улице шел дождь, и мне никуда не хотелось выбираться.
Утром понедельника, я уже был в "Мегаполисе", и сидел в кабинете Нины, ожидая новый материал. Пока та бегала по всей редакции, собирая для меня работу, я, развалившись в ее кресле, наслаждался первой за сегодня чашкой кофе. Мне пришлось находиться в гордом одиночестве около получаса. Потом в дверях кабинета, наконец, появилась Нина. В ее руках находилась толстенная пачка бумаг. С каждым моим посещением редакции, мне предлагали все больше и больше работы. Я особо не упирался, и брался за все, что мне дают. Писать для меня не составляло труда, а тем более, сейчас, когда у меня была масса свободного времени.
— Это все мне? — Спросил я у Нины.
— Вот эти вам — они срочные, — Она подошла к столу, отобрала часть материала и передала мне, — А эти, выходят аж на следующей неделе, так что можете пересмотреть, и, если что… — Она не успела досказать. Я не смотря, взял у нее оставшиеся бумаги, сложил их вместе с теми, что она дала мне только что, и положил их себе в сумку.
— Я заберу все.
— Хорошо, — Улыбнувшись, согласилась Нина, — Тогда, мы с вами должны увидеться в четверг, а остальные статьи, можете завезти до следующего вторника.
— Мы обязательно с вами увидимся в четверг! — Сидя на кресле, я подъехал к ней поближе, взял ее за руку и посмотрел на нее.
— Ну…, ну хорошо. Тогда в четверг, — Повторила она, — П-простите, мне надо выйти, — слегка заикаясь от волнения, сказала Нина, и, забрав от меня руку, быстро удалилась из кабинета.
Я не стал дожидаться ее, и покинул редакцию.
После "Мегаполиса" я поехал домой, где занялся новыми статьями. Мою работу прервала Олеся, которая позвонила мне, и предложила встретиться. Не смотря на то, что у меня не было желания куда-либо выезжать, я согласился. Ко мне все равно скоро должна была придти Антонина Сергеевна, и поработать в тишине, у меня бы не вышло.
Встречу, мы назначили, как обычно, в "Эспрессо", куда я приехал уже через полчаса. Олеся появилась немного позже. Не торопясь, что было довольно не характерно для нее, она подошла ко мне, поцеловала меня в щечку, и присела за столик. Она выглядела очень спокойной и размеренной. Не спеша, она выложила на стол мобильный телефон и сигареты. Я внимательно наблюдал за каждым ее движением. Потом, Олеся подкурила сигарету, и, облокотившись на диван, посмотрела на меня.