По тому, с какой тревогой в голосе, Лютеция произнесла последнюю фразу, мне сразу стало понятно, что мне придется, самым радикальным образом менять все свои планы. Если раньше я думал о том, что смогу забрать в Светлый Парадиз от силы десять процентов друинов, то теперь понял, что Вельзевулу, вряд ли удастся уговорить идти с ним, более нескольких сотен тысяч друинов, а потому я сказал Асмодею:
- Ну, что, брат. Теперь ты сам видишь, как повторяется история. Создателю Яхве пришлось начать благоустраивать свою Вселенную всего с несколькими сотнями тысяч помощников. Так что и Вельзевулу придется идти тем же самым путем, если он, конечно, не придумает каких-нибудь хитрых трюков. Правда, я намерен сделать так, что те ангелы и друины, которых он возьмет с собой, полностью сохранят свою индивидуальность и память о Терраглорисе.
Асмодей оказался куда большим упрямцем, чем я думал и потому, глядя в одну точку, угрюмо сказал:
- Ты говоришь очень убедительно, брат, но посмотрим, окажешься ли ты прав в своих смелых предположениях, ведь последнее слово, как ты говоришь, останется все-таки за самими друинами. - Немного помедлив, он все же решил сменить тему и спросил меня:
- Олег, а как ты намерен улучшить внешний вид друинов?
Вместо ответа я спросил Лютецию:
- Любовь моя, что ты скажешь на то, если на твоей голове будут расти не эти милые, узенькие ремешки, а самые настоящие волосы как у ангелов и людей, и твоя кожа станет бархатистая, как лепесток розы? Правда, твоя кожа при этом все так же будет пахнуть лавандой и будет сладковатой на вкус. Кстати, любовь моя, какие бы волосы хотела бы иметь лично ты?
Глаза девушки, широко раскрылись, а её кошачьи зрачки расширились. Задыхаясь от волнения, она воскликнула:
- О, мой повелитель, неужели у меня могут быть такие же черные, шелковистые волосы, как у твоей подруги Астреллы, а кожа перестанет быть скользкой и противной, и станет такой же нежной, как у твоей царицы Нефертити?
Вот тут Асмодей меня удивил, он шмыгнул носом как-то по-детски, засопел от обиды и спросил у девушки:
- Но разве тебе совсем не нравится твоя блестящая кожа, Лютеция? К тому же за ней так легко ухаживать.
В ответ Лютеция только презрительно фыркнула и промолчала, всем своим видом показывая, что ей хочется снова вернуться в бассейн. Поскольку все нужные доводы она уже привела, то я не видел никаких оснований, чтобы не позволить ей поплескаться в теплой воде. Не желая лишать себя такого изумительного зрелища, какой была сольная, водная феерия, устроенная прекрасной акробаткой Лютецией, я предложил Асмодею продолжить нашу беседу, присев на сапфировый бортик бассейна, вымощенного бирюзой и украшенного замысловатым орнаментом из лазурита. После всех взаимных наскоков, беседа наша, была чинной и спокойной, но продлилась не больше часа, так как в летний сад стремительной молнией влетела моя крылатая богиня Сциния, которая, спикировав из-под купола ко мне на руки, восторженно воскликнула: