Она тоже улыбнулась. Казалось бы, что такого — легкое движение губ, но у Гальтона внутри всё будто покрылось ледяной коркой.
Однако терзаться душевными ранами было некогда. Это всё потом — если «потом» наступит.
— Извините, что встреваю, — вежливо сказал доктор. — Поскольку со мной вопрос так или иначе уже решен, можно, я покурю перед расстрелом? Традиция есть традиция.
Он вставил в зубы мундштук, пальцы засунул в нагрудный карман.
— У нас буржуазных традиций не придерживаются, — сказал седой, едва покосившись в его сторону. — Шмаляют в затылок, и точка. В карман не лезть! Руки кверху!
— Хорошо-хорошо, я только хотел достать папиросу…
Гальтон поднял руки, левой на миг коснулся губ — ничего особенного, нервный жест, в его ситуации даже естественный.
Жалко, игла усыпляющая, а не с жабьим ядом, как у колумбийских индейцев. Обидно.
На помощь дорогих коллег рассчитывать не приходилось, а шансов справиться в одиночку с двумя противниками было мало. Он собирался плюнуть иглой в седого и сразу же броситься на дерганого. Может быть, удастся увернуться от пули.
Увы — худшие подозрения подтвердились. Айзенкопф опустил пистолет. Оказывается, даже человеку, оставшемуся без лица, все равно хочется жить.
Тянуть было нельзя. Теперь ничто не мешало чекистам застрелить «американца» и спокойно допросить остальных.
Гальтон набрал полные легкие воздуха и плюнул.
Седой схватился за щеку.
— Что за…
По ощущению укол индейской иглы похож на укус насекомого. А эффект почти мгновенен.
Глаза чекиста закатились под лоб. Он закачался.
— Товарищ Кролль! Вы что?! — крикнул второй.
Он полуобернулся к седому, чуть опустив оружие.
Была не была!
Гальтон с места ринулся вперед, но где-то сбоку раздался короткий хлопок, и у низенького между глаз зачернела дырка.
Норд не сразу сообразил, что выстрел грянул из левого рукава Айзенкопфа.
Пальцы застреленного судорожно сжались, пистолет в его руке тоже разразился сочным, чмокающим звуком. Пуля с хрустом вошла в стену каюты.
В следующую секунду оба чекиста одновременно повалились на пол: усыпленный — ничком, убитый — навзничь.
— Браво, — сказала Зоя. — А я уж собиралась изобразить прыжок дикой кошки.
Немец оттянул рукав бархатной куртки, поставил на предохранитель маленький «браунинг».[32]
— У моего «нордхайма» сточен боек, я еще вечером заметил, — невозмутимо сказал он. — Поэтому товарищи чекисты и вели себя так героически. Я только не понял, что случилось с начальником? Что за внезапный обморок?
— Приступ сонливости, — столь же небрежно обронил Гальтон. Если минуту назад у него внутри всё будто заиндевело, то теперь случилась внезапная, бурная оттепель. Он жив! Враги повержены! А главное — она собиралась прыгнуть на них, как дикая кошка! — Через полчасика товарищ проснется, и теперь уже мы зададим ему кое-какие вопросы.