Стрельба постепенно стихала, только издалека еще слышались отдельные пулеметные очереди и разрывы мин. Лонарх опустил голову, вспоминая светлые моменты своей жизни. Вот первая любовь и поцелуи при свете трех лун Тлееха. Первый корабль. Первая победа. Сколько этих побед было… Всех и не упомнить. Но, как ни жаль, пришло время умирать. Трэй со злым торжеством окинул взглядом собравшихся вокруг его капонира врагов. Наступал момент его последнего торжества. Пусть другие не решились взорвать нейтронные фугасы. Он решится. Не струсит!
Внезапно прямо над капониром возникла еще одна черная воронка, из которой вывалились четыре странные твари, отдаленно похожие на спрутов, и зависли в воздухе, принявшись ритмично шевелить щупальцами. Это что еще за мерзость? Впрочем, неважно. Трэй без колебаний открыл колпачок, защищающий кнопку подрыва фугаса от случайного нажатия, и нажал ее. Ничего не произошло…
Лонарх яростно выругался и принялся лихорадочно, раз за разом жать на кнопку. Не помогло. Увиденное затем заставило его замереть соляным столбом. Стены капонира сами собой начали трескаться, осыпаться. Причем в местах залегания взрывчатки! А когда он увидел всплывшие в воздух нейтронные фугасы, то глухо выругался. Обычная взрывчатка тоже не сработала. Трэй расстегнул кобуру и достал пистолет – раз иного выхода нет, он просто застрелится. Слишком много знает, не имеет права попасть в руки врага живым – пытки мало кто выдержит. Да и наркотик правды может сработать, хоть у него и установлена блокада. Однако застрелиться ему не дали – лонарх неожиданно оказался парализованным. Ни руки, ни ноги не повиновались, осталось только бессильно кусать губы и поминать маргачью мать со всеми ее присными, глядя, как летающие чудища не спеша разбирают разминированный капонир.
Когда двое черных вытащили его под мышки наружу, Трэй окончательно осознал, что все потеряно. Никогда не думал, что кому-то удастся взять его в плен. Но ничего эти скоты от него не добьются! Будет молчать, пока сможет. И обязательно найдет способ умереть. Надо вспомнить, как откусить себе язык – говорят, после этого очень быстро захлебываешься кровью. Молодых офицеров корпуса дестроеров еще в училище обучали такому, но с тех пор прошло слишком много лет.
Переход через черную воронку вызвал у Трэя интерес, даже отвлек от мрачных мыслей. Любопытный способ перемещения. Но то, что он увидел после этого, заставило лонарха ошалело потрясти головой – он просто не поверил своим глазам. Гигантское залитое клубами то ли тумана, то ли пара помещение. Стены угадывались где-то вдали. Потолок зарос длинными, все время шевелящимися щупальцами. По нему то и дело проносились покрытые шерстью гигантские пауки разных цветов. В воздухе завис огромный комок слизи, сквозь которую виднелись очертания человеческих и нечеловеческих тел. Вдалеке пролетел синий дракон.