Дальше дорога была без сюрпризов – полтора часа условно быстрой ходьбы до нужного места, как по бульвару. Благо, Равви укомплектовал их, как надо: теплой одеждой, обувью, едой и питьем. Даже литр спирта плескался во фляге.
Мороз в этих местах был терпимым, градусов шесть-семь, только начавшийся снег слегка портил им настроение – следы на пока еще тонком белом покрове четко, как на схеме, рисовали траекторию их движения. Но, посмотрев на низкое, серо-стальное небо, Михаил перестал волноваться: снег падал все сильнее, превратившись из мелкой крупы в пушистые крупные хлопья, и темные отпечатки их ботинок исчезали уже через несколько минут. Еще пара часов, и лес будет завален толстым мягким ковром, скроются из виду дороги, лягут на ветви деревьев, пригибая их к земле, снежные шапки, и звуки будут тонуть в белой пене. В ней же канут и следы.
«Нужно идти в город, – подумал Сергеев, еще раз оглядывая в бинокль темную тушу дебаркадера. – Потом оставлю Молчуна зимовать – и в Москву, делать все заново. Искать Али-Бабу, ждать решения по образцам и, если оно будет положительным, а другим оно быть не может, договариваться о плате и схеме вывоза с „Вампирами“. Но плату с Али-Бабы надо взять вперед: знаю я этих восточных людей!»
Молчун слегка тронул его за плечо и показал глазами чуть левее того места, куда смотрел Михаил. Из-под снега была видна разорванная красная пластиковая упаковка. Ну и глаз у парня, просто Зоркий Сокол! Люди здесь были. Али-Баба приходил на свидание. Но похоже, если снегопад еще не засыпал следы, что никто не выходил из дебаркадера и не входил в него последние несколько часов.
– Пошли, – сказал Сергеев Молчуну, и они, выбравшись из своего укрытия, состоявшего из поваленных телеграфных столбов, двинулись напрямик к цели своего путешествия.
Внутри дебаркадера было значительно теплее. Не Ташкент, конечно, но градуса на два выше ноля.
В бывшей гостиной олигарха, в черном зеве камина, пушилась перегоревшая в белое зола – тут жгли дрова для обогрева, но с того момента прошло уже более суток.
Повсюду – и в спальнях, и в бывшей ванной комнате, и в кабинете – были видны следы пребывания людей. Трое. Были здесь долго. Более суток, так точно – это Сергеев определил по пустым консервным банкам, оберткам от субпродуктов, кофейным пакетикам и израсходованным баллонам для газовой мини-горелки. Люди бывалые, кроме того, который бросил упаковку от шоколадки снаружи, возле входа. И то, вполне вероятно, что сделано это было с умыслом – мол, смотрите, были мы здесь, были...