?
Она ответила без малейшего раскаяния:
— Ну так надо ж было тебя проверить в деле. Правда, с такими лохами и проверка так себе.
— Это кто еще лох? возмутился главарь, в запальчивости отталкивая шпагу Сайонджи. Выступивший румянец, заметный даже в полутьме, очень его красил. Я нарочно просил ребят не напирать, зайчик твой натурой обещал заплатить, не хватало еще что-нибудь ему отчекрыжить!
— Упс, сказала Фэйд с интересом и пристально посмотрела на Сайонджи. Ты что, тоже их нанял?
— Ну-у… э-э… Черт. Лаки, трепло, промолчать не мог? упрекнул тот главаря.
— Так вы еще и знакомы? Фэйд хлопнула себя по ляжкам и захохотала.
— Змея ты, Сайо, и сын змеи, пробурчал Лаки, надувая губки. Подставил меня, как фраера последнего! Намекнул бы хоть, что боец хороший, я б ребят побольше взял. Блин, да ты ползать должен, а не ногами ходить, я же видел, сколько ты винища выдул!
— Я разбавлял, ухмыльнулся Сайонджи, убирая эспадон в ножны. Теперь, перестав прикидываться, он выглядел почти совершенно трезвым, так же как и сама Фэйд.
— Думаю, тебе полагается компенсация. За моральный ущерб, Фэйд приобняла Лаки за стройную талию. Главарь банды был молод и хорош собой, как она отметила еще в кабаке, при каком-никаком освещении. Сейчас мы отправимся ко мне и рассчитаемся. Я звонкой монетой, а Сайонджи чем обещал, я прослежу лично.
— Никуда он с вами… начал было один из бандитов, но тут же осекся, когда Сайонджи выразительно глянул на него, кладя руку на рукоять шпаги.
— Между прочим, он обещал мне дать, наябедничал Лаки, мигом сообразив, что ситуация оборачивается в его пользу, несмотря ни на что.
— Вранье! Я обещал дать, если вы мне накостыляете! возмутился Сайонджи.
Фэйд прижала Лаки ближе к себе и промурлыкала:
— Мы найдем решение, которое устроит все стороны…
Лаки покинул ее дом на другой день к вечеру, изрядно потрепанный, но довольный, звеня золотыми монетами в карманах и светясь блаженной улыбочкой. А поскольку он забыл пригрозить своим парням, чтобы не вздумали распускать языки, то по Нижнему городу пополз слушок об очередном «подвиге» принцессы Фэйд Филавандрис. Рассказывали, будто она среди бела дня в одиночку похитила красивого юношу, перебив десяток его телохранителей, и держала в плену неделю.
Услышав эту историю, Сайонджи смеялся, как ненормальный, а потом стал просить, чтобы она познакомила его с этой потрясающей женщиной. Фэйд глумилась:
— Не могу, она сейчас в Арислане, охмуряет тамошнего халида, прекрасного собою, как солнце и луна!
Ни в тот, ни в следующий вечер она так и не появилась в Королевском театре.