Подойдя вплотную, Нат замахнулся ятаганом, намереваясь точным ударом сбросить всадника на землю. Но живой мертвец нагнулся и его кулак с немыслимой скоростью врезался промеж глаз шемита. Голова Ната треснула, словно спелая тыква, и он рухнул как подкошенный под копыта коня.
Всадник выпрямился в седле и направил лошадь к оцепеневшему Неб-Хоту, по пути выдергивая из своего тела стрелы. Они выходили из мертвой плоти с сухим треском. Ни единой капли крови не выступило на серой одежде. Когда ужасный наездник отшвырнул прочь вторую стрелу, Неб-Хот пришел в себя.
— Умри, проклятый демон! — истошно завопил стигиец и ринулся вперед.
Он поднял ятаган и привстал в стременах, чтобы обезглавить врага. Но вывихнутая лодыжка дала о себе знать. Острая боль пронзила тело вожака и он, роняя клинок, выпал из седла, сильно ударившись о придорожный камень.
Пока Неб-Хот корчился в пыли, всадник спешился и медленно подошел к атаману. В плоть стигийца впились холодные костлявые пальцы. Мертвец легко поднял Неб-Хота над головой, выгибая тому спину с чудовищной силой.
Галбанд невнятно произнес единственное слово и резко бросил тело вожака на свое колено. Раздался отвратительный хруст ломаемого позвоночника.
Маленький отряд, возглавляемый киммерийцем, упорно двигался вперед под палящими лучами солнца. Конан уверенно вел путешественников через пустыню, доверяясь своему безошибочному чутью варвара. Позади остались долгие лиги пройденного пути. Каменное крошево сменилось морем красноватого песка, ставшего таким за долгие столетия воздействия безжалостного светила.
Путники остановились на одной из дюн. Перед ними до самого горизонта простирался безбрежный песчаный океан с колышущимися барханами вместо волн.
— Отсюда начинается истинная пустыня, — сказал варвар. — Конечно, любой обычный караван пересекал бы ее в ночное время, но мы должны поспешать и не думать о неудобствах. Советую расходовать воду экономно. Я сомневаюсь, что до самых предгорий встретится какой-либо источник.
Зеландра, согнувшись в седле, покопалась в багаже и извлекла на свет, скрученный в трубу пожелтевший пергамент. Волшебница развернула свиток и показала Конану.
— Вот старинная карта этой части Стигии, — объяснила она. — Я достала ее из своей библиотеки перед отъездом. Она относится ко дням Древней Стигии и показывает Птейон вместе с окрестностями. Я сомневалась, что от карты будет много проку, но, изучая ее, обратила внимание на изображение оазиса на востоке. Как ты думаешь, он еще сохранился?
Варвар искоса взглянул на карту и потер глаза.