— Лю, ты где? — хрипел он в трубку.
— Гружусь в такси и сейчас мчу в офис. Я безумно соскучилась.
— Малыш, я тоже. Давай что-то придумаем.
Мысли бешено завертелись по привычному кругу.
— Ты снимешь маску?
— Ни в коем случае, — донеслось до её ушей. Она поняла — он протестовал. Значит всё останется по-прежнему.
— Тогда тебе ни под силу ничего изменить, и придётся потерпеть до вечера.
— Не уверен, — протянул он. — Как поездка?
— Невероятно красиво, — выразила она своё восхищение в двух словах.
А Эд задавал уже следующий вопрос:
— Генеральный?
Она, лукаво улыбнувшись, заявила:
— Знаешь, я почти к нему привыкла.
— То есть? — опешил он.
— Совсем не обращаю никакого внимания, — выпалила она.
Эд откашлялся и спросил:
— Не приставал?
— Кто бы ему позволил… Не кусай трубку. Я не в его вкусе. Там длинноногие дурочки в цене.
Он похмыкал и заявил:
— А, если у меня до вечера оборвётся терпёжка, что тогда?
— Тогда ты снимешь маску. Это ты загнал нас в тупик, — отчеканила она.
В ответ он пятился раком.
— Я куплю вино сам. Нажарь картошки, не поленись.
— Неужели?
— Умираю, хочу твоей жареной картошки…,- канючил он.
— Будет сделано. Только вино моё, я привезла. — Она, укладывая телефон, думала о совпадении их с ним интересов даже на картошку.
Раздав сувениры подругам и презент (бутылку мальтийского вина) начальнику. Поспешила домой. Нужно было успеть разложить по шкафам вещи и сгонять в гастроном за продуктами. "Невероятно, но я соскучилась по нему и у меня совсем не набирается сил терпеть разлуку из-за такой ерунды, как его упрямство. В субботу и воскресенье продолжу заниматься списком".
18
Начальник расщедрился и отпустил её на час раньше. В квартире было тихо. Пахло не жилым. "Сколько меня не было, а поди ж ты…". Прошла по всем углам. Из каждой щели на неё смотрело одиночество. "Вот только не думать об этом. Мне вполне хорошо", — прицыкнула она на себя.
Он пришёл рано, в десять часов. "Вероятно с трудом дождавшись темноты. Нетерпение, дружок, подгоняло", — отметила она про себя, сама несказанно рада этому. В этот раз, она прислушивалась, ожидая его, и припустила в припрыжку к двери сразу же, как только услышала шорох в прихожей. Не сдерживая эмоций, сиганула ему на шею, обхватив ногами бёдра, принялась целовать.
— Осторожнее, наколешься на цветы, — мурлыкал он, поддерживая рукой с букетом её за спину. Маленький шёлковый халатик сгрудился под его нетерпеливыми руками, превратившись в мешающую тряпку. Цветы, выпав из занятых другим срочным делом рук, усыпали пол. Прижимая к себе её горячее тело и ловя безумный бег поцелуев, заторопился в комнату на кровать. Сладкое сумасшествие длилось час, а может и больше, пока она не утолила своё нетерпение и не поутихла буря страсти в ней, в нём и обоих вместе взятых. Казалось, этому не будет конца и всё же на вздохе, захлёбываясь счастьем, она прошептала: