— Понятия не имел. Эта личность мне абсолютно не интересна. Лю, неужели наши пути во времени пересекались?
— Дважды. В самом начале пути. Мы были Адамом и Евой, но вопреки легенде парой не стали.
— Надо же такое придумать, аж в такую муть залезла, как Адам и Ева.
— Зачем же спрашивал, если не веришь?
— Заяц, давай дальше, только без фанатизма.
— Был второй раз. Новая цивилизация…
— А что была ещё и старая? — перебил он её
— Угу. Я, темноволосая шумерка с серыми глазами, а ты светловолосый "зем" с зелёными. Любовь свела над нашими головами венки из цветов. Жрецы подсчитали, именно слияние двух наших генетических программ даст тот результат, который прогнозировали "сыны неба" создавая людей и которого не получили с распадом пары Адама и Евы. И на чей успех в нашем случае надеялись, оставшиеся от первого витка цивилизации шумеры. Идя на вынужденный эксперимент с жизнью, и не смотря на то, что старались не повторять ошибок первых людей, они, тем не менее, потерпели крах. Жрецы просчитали. Наш генетический код повторяет один в один Адама и Еву. От нас должна пойти правильная линия земных людей…
Он пробовал говорить с ней осторожно, как с больной.
— Слушаю и ушам своим не верю. Но ведь учёные, малыш, уже давно доказали по каким ступеням и как шло развитие земли и жизни на ней…
Она не обиделась и продолжила дуть в свою дудку.
— Кто спорит. Земли и жизни да. Планируемый на развитие разум, это другое.
Он же ломая её настырство, принялся давить её аргументами:
— Но ведь у нас с тобой, учитывая моё ранение, никакого продолжение быть не может и это говорит о том, что или жрецы или ты ошиблась. А что, если я совсем не твой Эдикан.
Она перешла на то же.
— У тебя на правой руке должна быть татуировка змеи, это так?
— …
— Почему ты молчишь, на моей руке бесцветная змея с рождения, вдавленная в кожу с хвостом и головой. А насчёт продолжения рода… никто не знает своего кода. У тебя одно яичко вполне функционирует и мужик ты не слабый, так что всё может быть. Жрецы не ошибаются.
Он молчал, потому что язык прилип к нёбу. Но отойдя, выдавил из себя:
— Ты хочешь сказать, что ты можешь забеременеть?
— Я надеюсь на это.
К раздражению вплелась ирония.
— И тогда ты меня припрёшь к стенке? Но ведь всё, что ты рассказываешь чушь и сказки, наверняка придуманные тобой, чтоб забеременев от кого-то, прикрыться мной.
"Но почему мужики такие смешные. Зачем женщине лезть в такие дебри, чтоб скрыть беременность, она придумала бы что- нибудь земное и весёленькое".
Превратившись моментально в ледышку от несправедливого обвинения и обидевшись, она, замерев, отвернулась. "Если б только я была нормальная женщина, и код любви не связывал нас, у меня бы точно не хватило терпения, послала бы его за "шишками в лес" или даже куда подальше. Было бы грустно, больно, но он прошёл бы проливным дождичком и забылся". Эдик не шелохнулся. Лежал рядом, как бревно. Потихоньку обида отхлынула от неё и разум взял верх. "Никогда не надо торопиться ставить точку. Всё может измениться в любой момент", — подсказывала ей голова. Посидев и успокоившись, она произнесла: