— Даже ради тебя? — Я не могла поверить в это, но Лукас, похоже, верил.
Он посмотрел на свое отражение в воде каким-то усталым взглядом. Я заметила, что гнев его утих, сменившись подавленностью. Видеть это было ничуть не легче.
— Мама хороший солдат. Я тоже пытался стать таким.
— Ты им стал.
— Хорошие солдаты не жертвуют делом ради любви.
— Только ради любви и стоит идти на жертвы. Лукас печально улыбнулся:
— Ради тебя — стоит. Я это знаю. Даже если ты совершаешь ошибки. Потому что, Бог свидетель, я тоже их совершал.
Мне хотелось обнять его, но каким-то шестым чувством я понимала: момент неподходящий. Лукас должен был сам справиться с терзавшими его внутренними демонами.
— Я всю свою жизнь провел в Черном Кресте, — продолжал он. — Я всегда знал, кто я такой и какова моя цель. А теперь не понимаю, что будет дальше. Это… это пугает.
Он взял меня за руку:
— Но до тех пор пока мы есть друг у друга, оно того стоит.
— Я знаю. Но все еще думаю… Лукас, какими мы с тобой станем?
— Не знаю, — честно ответил он.
Я обвила руками его шею и крепко прижалась к нему. Мы нуждались не только в любви — нам нужно было верить.
Следующие несколько дней прошли спокойно. Хотя Лукас все еще грустил о матери, мы больше не ссорились. Мы смотрели телевизор или просто гуляли, любуясь достопримечательностями Филадельфии. Один раз мы разделились. Я пошла искать ресторан, где требовались официантки, а Лукас справлялся о работе в гаражах. К нашему удивлению и облегчению, мы оба получили предложение начать сразу после праздников.
И каждую ночь мы проводили в нашем номере в отеле. Вместе.
До сих пор я даже не представляла, что можно хотеть кого-то сильнее и сильнее с каждым днем. Но одно я знала точно: я перестала стесняться. У меня не было никаких сомнений. Лукас знал меня лучше всех, и никогда я не чувствовала себя надежнее, чем с ним, — в безопасности, полной. Абсолютной. Я сво-
рачивалась клубочком рядом с Лукасом и засыпала так крепко, что не видела никаких снов.
Ну, за исключением ночи четвертого июля. Может, виноваты фейерверки, а может, сахарная вата, которой я переела накануне, но той ночью я увидела самый яркий сон из всех.
— Я здесь, — сказала девушка-призрак.
Она стояла передо мной и выглядела не как фантом, а как нормальный человек. Но я ощущала в ней смерть, высасывающую тепло из моего тела. Она делала это не специально — такова была ее природа.
— Где мы? — Я оглядывалась, но ничего не могла увидеть. Там было так темно!
Она ответила только:
— Смотри.
Я опустила взгляд и увидела далеко внизу землю. Мы парили в ночном небе. «Как звезды», — подумала я и на мгновение почувствовала себя счастливой.