качнулся.
Аввакум снова усадил его на скамью.
- Господи! - простонал Шеленберг.- Что же теперь будет?
- Теперь из-за вашего проклятого обжорства я лишусь полагающегося вознаграждения! - сердито про
шипел Аввакум.
Тем не менее что-то надо было предпринимать.
- Господин профессор,- снова заговорил Аввакум,
я, слава богу, держусь на ногах крепко, а момент, как
вы сами понимаете, критический. Если вы не явитесь
куда следует к назначенному сроку, то там подумают,
что вы отказались от путешествия, и уедут без вас.
Вы рискуете проиграть, упустить последний шанс. А то,
чего доброго, и головы лишитесь, потому что через пол
тора часа меня тут не будет: моя миссия заканчивается
сегодня во второй половине дня, после чего я возвращаюсь в Париж. Вы в этом городе останетесь один.
Он помолчал.- Я могу оказать вам последнюю услугу
попросить того человека, чтобы он вас подождал. Что
ему стоит задержаться на какой-то час!
- А знаете,- лицо Шеленберга оживилось,- это
идея! Вы очень сообразительны. Бегите, бегите! В парке Мендубия, под "драконом" - самым старым деревом,
его вам покажет любой - будет стоять человек с газе
той в левой руке. Вы у него спросите: "Не могли бы вы
показать мне дорогу к мысу Спартель?" Ежели он ответит вам: "Дорога на Спартель мне не известна, но я
могу объяснить, как проехать на Финикийское кладбище",- значит, все в порядке. Вы просто-напросто наймете такси и привезете его сюда!
- Я сейчас же иду,- сказал Аввакум.
- Вы его спрашиваете про Спартель, а он вам говорит про Финикийское кладбище,- повторил Шелен-берг.
- Ясно!-усмехнулся Аввакум.- До самой Менду
бии всю дорогу буду повторять про себя: "Спартель,
кладбище, Спартель, кладбище!"
В эту минуту в комнату вошел человек в белом балахоне. В левой руке он держал стакан с жидкостью. Она была совершенно прозрачна. Коснувшись правой рукой своего лба, губ и левой стороны груди, он почтительно склонил голову. Произнеся несколько слов по-арабски, незнакомец обернулся к Аввакуму. Аввакум перевел Шеленбергу:
- Он говорит, что мыслью, словом и сердцем он
ваш, и еще он сказал, что, осушив этот стакан, вы станете здоровей и веселей, чем были до сих пор.
Шеленберг выхватил стакан, жадно, единым духом выпил его содержимое и, вытерев свои пухлые губы, глубоко вздохнул.
- Только не забудьте забрать мой багаж,- на
помнил он Аввакуму и присел на скамью.- И пас
порт!- Помолчав немного, он счастливо заулыбался.
Знаете, у меня такое чувство, будто с каждой секундой
я становлюсь на целый килограмм легче... Действительно, волшебное снадобье! Но, помилуйте, почему вы все