— А, делайте, что хотите! — я отрешенно махнул рукой.
— Нет, ты не увиливай! Ишь ты какой! Хочешь остаться чистеньким. А имеешь ли ты на это право? Ты наш руководитель и должен принимать решения. Иначе, какой ты, к черту, руководитель!
— Послушай, Сашка! Честное слово, я не могу. Меня с детства воспитывали в уважении к женщине. Это — оскорбительно, в конце концов.
— Тю! Ты что? Какое же здесь оскорбление? Напротив! Все только и ждут, чтобы, наконец, как-то определиться!
— Ты меня не понял. Я не имею в виду конкретных женщин нашей общины, а женщину вообще! Впрочем, тебе этого не понять! Словом, сделаем так. Скажи Наталье, пусть снова собирает комиссию и выносят окончательное решение. Я не буду возражать и дам утверждение любого решения. Но только с одним условием: женщина имеет свободу выбора.
— Несомненно! — фыркнул Сашка, — у нее будет очень «широкий» выбор!
На этот раз Паскевич, как говорится, «глядел в воду». Приняв таким образом вынужденное решение, я почувствовал большое облегчение. Вероятно, в каждом мужчине сидит где-то под внешней оболочкой «джентльмена» рыжий. Мне почему-то представлялось, что он покрыт обязательно рыжей шерстью, «неандерталец». На этот раз «джентльмен» уступил «неандертальцу». Но уступил вынуждаемый обстоятельствами и был доволен, что сохранил этим самым видимость приличия. То есть отступил с достоинством перед неизбежным.
Занятия в школе и университете начались в сентябре. Я читал в университете основы теоретической медицины, соединяя в одном курсе анатомию, физиологию, фармакологию и основы общей патологии. Александр Иванович преподавал неотложную помощь и основы хирургии. Мы отловили десяток собак, на которых он со студентами проводил операции.
— При достаточном воображении и желании, — говорил он, удаляя червеобразный отросток у собаки, — вы сможете, при необходимости, найти его и у человека. Если у нас появятся трупы, — «обнадеживал» он учеников, — мы обязательно повторим на них эти операции.
— Если я умру, — голос его при этом становился грустным, — вы, я надеюсь, не забудете, что аппендикс справа.
Кроме апендектомии, он учил их сращивать переломы, вправлять вывихи, делать трахеотомию и трепанацию черепа, удалять пули, сшивать печень и так далее. Надо отметить, что хирург он был блестящий.
Наталья в январе родила девочку и пока не вела занятия.
Что касается Алексея, он, памятуя наш разговор о необходимости научиться вести примитивное хозяйство, соорудил с Николаем кузницу, поставил там механические меха, горн — словом, все необходимое. Первое, что они изготовили — подковы для лошадей.