— Кто ты? — наконец выдавил сержант, — ты кто?!
— Твоя совесть, — мягко ответил Дмитрий и щелкнул пальцами.
С неба стали падать мелкие монетки. Они сыпались дождем, прямо на возившегося в глине сержанта.
— Эй, — вскрикнул он, получив тяжелым юбилейным рублем по макушке, — эй!
Дмитрий снова щелкнул пальцами. Теперь монеты стали нагреваться. Как маленькие метеоры, они падали на дно ущелья и с шипением замирали в мокрой глине.
— Где я? — закричал сержант и встал на колени, — где я?!
— В аду, — коротко ответил Дмитрий и обрушил на коленопреклоненного патрульного водопад раскаленного металла.
По ушам ударил леденящий душу крик — для сержанта это все было реальностью. Дмитрий качнулся назад и вывалился из Астрала.
Он по-прежнему сидел за рулем своей «девятки», а напротив него стоял ошеломленный сержант, держа в руках кожаный бумажник.
— Уже все? — громко спросил Дмитрий, — спасибо!
Он вытащил из застывшей руки свои документы, поднял окно и завел машину. Сержант все еще стоял, безвольно опустив руки, в его глазах угасало пламя. Он еще не пришел в себя и, видимо, придет не скоро.
Дмитрий тронулся с места, сделал правый поворот и сразу влился в поток машин, медленно ползущих по горячему асфальту. Лето, Москва, дороги. Он достал пачку сигарет, вытащил из нее зубами одну и прикурил. Лето выдалось отличным. Просто замечательным.
* * *
... Дмитрий открыл глаза и обнаружил, что лежит на животе, уткнувшись носом в диван. Болела голова и очень хотелось пить. Во рту было так сухо и горячо, что вспомнился поток раскаленного металла, обрушенный вчера на патрульного.
В прихожей, в кармане куртки, надрывался телефон. Дмитрий шевельнулся, пытаясь встать, отросшая щетина зацепилась за ворс покрывала. Он недовольно поморщился и сел, почесывая щеку. Он был одет в свой костюм, уже изрядно помятый после ночи. Ботинки валялись тут же, рядом с диваном, носки были в дальнем углу. Оба, что странно. Опять надрался. Черт возьми, ну почему всегда так плохо с утра!
Телефон продолжал назойливо зудеть, напоминая раздраженного шмеля. Дмитрий рывком поднялся с дивана, морщась от головной боли, кольцом охватившей голову. Стоять босиком было холодно. Он попытался всунуть босую ногу в ботинок, но не попал. Плюнув на все, Дмитрий пошлепал босиком в прихожую и взялся за куртку. Достав телефон, он посмотрел на определитель. Звонил Петр. Слава небесам, не Шеф. Дмитрий с облегчением щелкнул по кнопке питания, отключая телефон, бросил трубку обратно в карман куртки и пошел на кухню, к холодильнику. Передумав, он вернулся и нашарил под вешалкой тапочки и только потом продолжил свой путь на кухню.