В словах Эрика не было преувеличения, потому что цветные огоньки, фонтаны с золотыми струями, ночные деревья, роняющие оранжевые осенние листья, сразу же напомнили мне о волшебной сказке. Но я была не в настроении наслаждаться этим праздником до тех пор, пока не осушила одним глотком бокал сухого мартини, заказанный Эриком. Только тогда я ощутила, как отчаяние, застывшее у меня в груди, постепенно исчезает.
Мы заняли столик напротив маленькой эстрады, где Арлекин и Коломбина разыгрывали свои незатейливые истории наверняка уже в тысячный раз за этот сезон. Неподалеку от нас продавец воздушных шаров всеми силами пытался удержать связку своих летучих изделий. Ветер, вздымающий опавшие листья и поднимающий юбки девушек, явно стремился унести цветные шарики. Оркестр из мальчиков в красно-белой униформе, напоминающих игрушечных солдатиков из сказок Андерсена, громко играя, промаршировал мимо. Когда звуки оркестра затихли вдали, Эрик, сделав заказ официанту, заговорил деловым тоном:
— Итак, Луиза, мама говорила, что ты собиралась сегодня съездить в Драгор. Ты была там?
— Да.
— Ты утверждаешь, что именно там Отто женился на тебе.
— Да, именно там Отто женился на мне.
— Извини. Я не хотел, чтобы мои слова так прозвучали. Я верю тебе.
— Нет, не веришь так же, как и все остальные.
— Но согласись, это довольно странная история, сказал Эрик. — И, поскольку ты получила сильный удар по голове, уверен, нас можно извинить, если мы немного удивились, услышав ее. В конце концов, почему ты молчала об этом, когда была в полном здравии? Почему, например, ты ничего не сказала мне в то утро, когда я водил тебя по замку?
— Это была тайна. Я подчинилась желанию Отто. А теперь я больше не обязана этого делать.
— И тебе не пришло в голову усомниться в моем брате?
— С какой стати? Он вел себя исключительно мило со мной с тех пор, как мы познакомились на Мальорке.
— Ты имеешь в виду, что у него были серьезные намерения? — В его голосе чувствовалась ирония, и я подумала, что он смеется надо мной, поэтому резко сказала:
— Я не наивная девочка и не ханжа. Но так получилось, что мне был нужен муж, а не любовник, а Отто — жена. Чтобы соблюсти закон, мне пришлось пробыть в Дании шесть недель. К концу этого срока мы оказались в Драгоре. Отто просто не захотел больше ждать. Да и я тоже. Поэтому он нашел священника, который и поженил нас.
Эрик внимательно слушал меня. Лицо его помрачнело, но на нем больше не было недоверия. Он только поинтересовался, не удивило ли меня, что Отто так быстро удалось найти священника.