На первом этапе операции в ходе прочески территории московский СОБР изъял десятки пропусков у «праздношатающихся элементов». На этот раз пропуска не вернулись по накатанной дорожке своим владельцам, а остались у «компетентных сотрудников». И вся масса «коммерческих директоров», «коммерческих представителей», «снабженцев» была выдворена за территорию завода. Более того, было изъято более 60 спецпропусков для руководства, которые давали право на выезд автомобилей без досмотра. Выяснилось, что водители, другие приближенные, иногда не особо стесняясь, использовали их для совершения краж, вывоза деталей и запчастей.
Былое поле брани и раздора предстало перед «штурмующими» во всей своей убедительной наготе. Все конвейерные машины шли с метками из белой изоленты, которые наклеивались на лобовое стекло. У каждой группировки была своя отличительная метка. Товарные автомобили ставились на свое определенное место, называемое картой. Заранее забирали сопроводительные карточки, ключи от машин. После операции сотрудники милиции обнаружили на площадках около 500 запертых автомобилей, ключи и карточки от которых уже были распределены и припрятаны. И надежд на их добровольное возвращение не было. Пришлось срубать замки, ставить новые, придавать машинам товарный вид. Как выяснилось, эти автомобили вообще не числились в документах. Скорее всего, такая практика существовала длительное время. Информацию о выпускаемых машинах «подтирали» в компьютерах, и таким образом часть продукции уходила неучтенной.
В первые дни операции начался открытый саботаж и со стороны работников завода: несколько раз выключался головной компьютер, обеспечивающий операции по сборке, останавливался конвейер. Автовозчики не вывозили машины, рабочие «отбывали номер». Готовые машины своевременно не увозили, их скапливание приводило к тому, что вновь останавливался конвейер. Приходилось держать под рукой «штрейкбрехеров», чтобы они вовремя развозили машины.
В результате усилий межведомственной группы было возбуждено более 100 уголовных дел. Следователи перелопачивают горы бумаги, пытаясь найти в них следы хищений. Как профессионалам, им сразу стало понятно, что документация, отчетность в ряде случаев намеренно запутана, а кое-какие документы вообще исчезли. А чего стоит тот факт, что финансово-расчетный центр ВАЗа работает на компьютерах «Макинтош», а бухгалтерия на «IBM». Программы не состыковывались, и эта путаница создавала условия для злоупотреблений. Безусловно, это было на руку и заводчанам, и дилерам. Потому что многие из руководящих работников ВАЗа либо сами учреждали посреднические компании, либо в них исправно трудились их родственники. Автомобили они получали с существенными скидками.