Мадлен понимала, что отказ Робеспьера неприятен для общего дела, но она радовалась как женщина, что предложение Манон отвергли.
Бриссо не уловил скрытного соперничества красоток.
— Что нам делать, дамы!? — спросил он.
Манон обхватила голову руками. Надо успокоиться, надо думать, как действовать, надо что-то решать! Хватит злиться, нужен холодный расчет.
Ренар с наслаждением смотрела, как Манон борется с гневом.
В комнату вошел мсье Ролан.
— Дорогая, как я понимаю, мсье Робеспьер не захотел сотрудничать с нами?
Ренар возрадовалась, что его не было с ними в соседней комнате. Иначе Манон вела бы себя по-другому, более сдержанно.
— Да, не захотел! — раздраженно произнес Бриссо. — Надо думать, как его сгноить!
— Именно, — подчеркнула Манон.
«Какая ты, оказывается, злая! — подумала Мадлен. — А говорила о благородстве! О различие личных и политических пристрастий!»
— У меня есть предложение, — сказала Мадлен вслух. — Понимаете, репутация — самое важное для Робеспьера. Нужно навредить его репутации!
— Каким образом? — спросила Манон. — Его хоть в Пантеон святых клади!
— Для начала нужно найти повод для нападения, — робко вмешался Ролан. — Составить правдоподобное обвинение.
— Помните, в июне 1791 года Робеспьер занял должность общественного обвинителя? — сказала Мадлен.
— Ну и что? — спросил Бриссо. — Не берет он взяток!
— Я не об этом! Он мне сказал, что хочет оставить эту должность, чтобы целиком посвятить себя политике. Этот поступок можно использовать как обвинение в дезертирстве и предательстве. Сказать, что он покидает пост в такой тяжелый для отечества момент, что он струсил и так далее…
— Мадам, ваше предложение мне кажется подходящим, — одобрил мсье Ролан. — Что скажешь, Манон?
— Да, — кивнула она. — То, что нам надо. Победа нам обеспечена!
— Мадлен, а вам не жаль его? — спросил Бриссо. — Вы же его любите!
— Жаль? — усмехнулась Мадлен. — Этот человек не пропадет! Пусть он бросит политику и продолжит юридическую карьеру. Замечу, у него это неплохо получалось.
— Правильно, — хохотнул Бриссо, — пусть проваливает в свою деревню!.. Мы обвиним его во всех грехах! Главное начать!
— Нужно действовать осторожно, — возразил Ролан. — Грубые нападки могут принести нам только вред! Тут, главное, не перестараться.
Но Манон уже не слушала его. Чувство женской мести оказалось сильнее.