Наконец-то он соизволил снять колено с ее спины и помог ей подняться.
– Черт бы тебя побрал, Мэдди! – заорал он на нее. – Тебя ведь могли убить! – Рэнсом изо всех сил потряс ее за плечи. – У тебя совсем нет мозгов, а? Тебя же могли убить!
Задыхаясь от ярости, страха и возмущения, Мадлен вырвалась вырвалась из его рук и изо всех сил влепила ему пощечину – смачную, хорошую пощечину. Потом она закричала так громко, как еще никогда в жизни:
– Но ведь и тебя могли убить, идиот несчастны! Как ты смеешь рисковать своей жизнью? Какое ты имеешь право? Как смеешь… Как можешь… – Она выбилась из сил. Сердце, казалось, вот-вот вырвется и груди. Мадлен дрожала от злости. Багровый отпечаток пощечины проступал на щеке Рэнсома. Мадлен поняла, что плачет, – по щекам ее текли слезы.
Они молча и растерянно смотрели друг на друга! Неожиданно она бросилась к нему на шею и стала целовать его щеки, глаза, губы. Рэнсом изо всех сил прижался губами к ее рту, делая ей больно, но она не отстранялась и прижималась к нему все сильнее… Он цел и невредим, какое счастье…
Рэнсом крепко сжимал Мадлен в объятиях: она даже испугалась, что он переломает ей кости.
– Если ты еще хоть раз в жизни сделаешь такую же глупость – клянусь, я застрелю тебя, так и знай, – хрипло сказал он.
– Значит, придется меня застрелить, – буркнула Мадлен. – Ты считаешь, что ты железный, что пули от тебя отскочат?
– Ты хоть соображаешь, что убить человека, который целится из темноты, труднее, чем попасть в убийцу, освещенного ярким светом? – Рэнсом не на шутку на нее разозлился. – Я же был в темноте и вдобавок на улице, полной всякой дряни, за которой мог бы спрятаться сразу после выстрела. Они не могли…
– Плевать я на все это хотела! Они могли тебя убить!
Рэнсом снова схватил Мадлен за плечи и потряс – правда, уже не с такой силой и яростью, как раньше.
– Черт бы тебя побрал, Мэдди! Со мной чуть инфаркт не случился, когда я увидел, что ты стоишь за мной да еще орешь благим матом. Ну скажи на милость, почему ты не осталась там, где я тебе велел?
Мадлен захотелось врезать ему снова, но на сей раз она сдержалась:
– А ты почему не остался со мной? Зачем надо было бежать к этим идиотам?
– Потому что я хотел схватить их. Подумай – ведь они могли убить столько людей!
– Господи, кафе! – вспомнила Мадлен. – Вдруг там кого-то убили? Может, кому-то нужна помощь?
Она хотела побежать, однако Рэнсом остановил ее, схватив за запястье.
– Я пойду первым, – заявил он тоном, не допускающим возражений. – Я твой телохранитель, а не наоборот.
– Да какая теперь разница?