Так они провели три дня. За это время Уильям успел влюбиться.
Это была прелестная девушка по имени мисс Уинн, и все обратили внимание на эту влюбленность, потому что в Лонг-Рум они весь вечер танцевали только друг с другом. Поэт Питер Пиндар, склонный отмечать своими стихами все более или менее значительные события, посвятил ей четверостишие, в котором не преминул отметить, что принц-моряк, которого удерживают силой вдали от лондонских соблазнов и грехов, и в Плимуте нашел объект нежной страсти. Стихи передавали из рук в руки, пирушки и развлечения трех братьев обсуждались повсюду. Когда слухи о них докатились до короля, ярость его была беспредельна.
Его сыновья смеются над ним, жаловался он; от волнения он лишился сна. Королеве казалось, что его состояние ухудшается и приближается страшная развязка.
Принца Уэльского и герцога Йоркского проводили из Плимута салютом.
После их отъезда в Плимут пришел корабль капитана Горацио Нельсона, и в течение нескольких недель Уильям был совершенно счастлив. Общество этого блестящего моряка доставляло ему огромное удовольствие, хотя и совсем по-другому, чем общество братьев. Слушая Нельсона, Уильям совершенно забывал о своей привязанности к мисс Уинн; он снова заинтересовался флотом и стремился с готовностью во всем подражать Горацио Нельсону.
Адмиралтейство сочло своевременным проведение некоторых акций, и Уильям был направлен на корабль «Андромеда», получив приказ плыть в Галифакс.
Волнение королевы по поводу здоровья короля становилось все сильнее, хотя она старалась скрывать его и от короля, и от всех остальных. Когда он сам был достаточно бдителен, ему удавалось до некоторой степени контролировать свои припадки, но королева боялась, что наступит время, когда он совсем не сможет владеть собой.
Он постоянно пребывал в состоянии возбуждения. Он не мог оправиться после потери американских колоний, винил себя за это страшное поражение — и не без оснований, кроме того, поведение сыновей было для него источником раздражения и постоянных волнений. Иногда он вскакивал среди ночи, крича: «Он женат на этой женщине? Это правда, что она католичка, а, что?» Практически все, что он говорил, было выражено в форме вопроса, который непременно заканчивался «а, что?», и все его слушатели постоянно испытывали неловкость, ибо не знали наверняка, ждет ли король ответа.
Королева думала, что посещение хорошего спектакля пошло бы королю на пользу, однако боялась отправляться с ним в театр. Она приходила в ужас всякий раз, когда король появлялся перед публикой, но необходимо было как-то развлечь его, и она решила пригласить несколько актеров в Виндзорский замок, чтобы они сыграли какую-нибудь пьесу для короля.