Вернувшись к столу с дымящимися чашками, Мэтт движением плеч сбросил одеяло и сел. Он протянул Тори ее чай, и она взяла чашку обеими руками, стараясь согреть их.
Тори вздохнула, как бы пытаясь прогнать свое желание. Но втянутый воздух только распалил пламя. «Я не могу сделать это… Я не могу… Нет, я могу… Я должна… Я хочу…»
Она плотнее завернулась в одеяло. У нее есть другая жизнь, в которой никогда не будет места для Мэтта.
Никогда? Сердце Тори сжалось от безнадежности этого слова. Будущее без Мэтта вдруг показалось ей унылым и почти невероятным. Она посмотрела на него — он внимательно наблюдал за ней.
Они оба достигли точки, когда нужно принимать решение. Как только они это сделают, пути назад не будет. В их чувствах друг к другу не было ничего легкомысленного, и к этому важному моменту они оба подошли с трудом.
Мэтт заглянул в глаза Тори и понял, что ее терзают сомнения. Он не будет заставлять ее. Она должна прийти к нему по своей воле, пусть даже его желание едва не сводит его с ума.
— Мэтт… — наконец прошептала она и потянулась к нему.
Он мгновенно оказался рядом с ней, его сильные руки обхватили и подняли ее, а его губы обрушились на нее трепетным поцелуем. «Боже, какая же нежная у нее кожа, какие мягкие и душистые волосы…» Он погрузил руки в ее волосы и прижал ее еще крепче. Тори приникла к нему, чувствуя, что все это так и должно быть. Она хотела принадлежать ему, сейчас же, и к черту все рациональные мысли!
Продолжая крепко обнимать Тори, Мэтт подхватил фонарь. Тори взяла его из рук Мэтта и держала, пока он нес ее в спальню. Она поставила фонарь на ночной столик, и Мэтт бережно опустил ее на постель. Она интуитивно почувствовала, что он не будет спешить, и намеревалась смаковать каждое мгновение.
Мэтт снял мокрую рубашку и лег рядом с ней. Он даст ей возможность сделать следующий шаг.
Тори повернулась к нему, ее тело трепетало в ожидании. Мэтт нежно заключил ее в объятия и поцеловал. Обнимая ее одной рукой, он другой нашел ее грудь. Тори задохнулась от наслаждения, когда его пальцы сквозь мокрую ткань коснулись ее соска. Он сводил ее с ума, и она начала извиваться, чтобы избавиться от своей рубашки. Мэтт понял и снял с нее рубашку.
«Боже, как она прекрасна!»
Тори закрыла глаза, а он спустился ниже и губами ласкал ее сосок. Его язык был влажным и жаждущим. Огонь желания охватил ее тело, и она обняла Мэтта за шею, желая прижать к себе как можно крепче и никогда не разлучаться с ним.
Тори была готова, она хотела ощутить его внутри себя, но Мэтт все еще не торопился прекращать ласки. Она опустила руку и осторожно расстегнула молнию на его шортах и спустила их вниз. Мэтт сбросил шорты на пол. Он вздрогнул, когда ее пальцы приблизились к его возбужденной плоти.