— Ну так делай что хочешь. Но без меня никуда ни шагу. — И он сам плюхнулся на кровать.
Маша незаметно опустилась рядом, только не на постель, а на пол. Ее лицо как раз оказалось на уровне Юркиной руки. Он погладил ее по щеке, она доверчиво, будто ждала ласки, потерлась о его ладонь.
— Ты боишься своего будущего? — спросила она.
— Я его не знаю, почему я должен его бояться? — Он задумался. — Если человек не знает своего будущего и даже не предполагает, каким оно может быть… значит, он вообще может ничего не бояться.
Выходила абсолютная чепуха, которую не следовало произносить вслух даже при Зюбере.
— Ты всегда задаешь мне такие вопросы… Вообще-то человека без будущего не бывает.
— Я — без будущего!
— Кто тебе сказал?
— Аделаида Оскаровна… Однажды я ее назвала старой жабой, — пояснила Маша, — а она сказала, что я скоро стану такой же, как Малакина, и даже хуже… Потом я еще слышала, как доктор говорил одному больному, что всех нас ждет постепенное превращение в червей, бессмысленных идиотов…
— Доктор просто слабый человек, от него ушла жена, а Аделаида — старая, одинокая и несчастная женщина. Это у них нет будущего… — и, подумав, Юра добавил: — А у нас с тобой есть.
— Если я выздоровлю, — очень тихо сказала Маша.
Юра вскочил с койки, опустился рядом на колени.
— Ты обязательно выздоровеешь.
Юра притянул ее к себе и поцеловал в губы, ощутив, какие они холодные и нежные. «Как тоненькая живая пленочка», — подумал он. Маша замерла, закрыв глаза, он поцеловал ее крепче, почувствовав, как она прижалась к нему, доверчиво, торопливо, будто боясь, что этот миг исчезнет без следа. И тогда не останется ничего: ни веры, ни надежды, ни будущего. Все это как озарение промелькнуло в голове Юрки, он понял и то, что Маша никогда не скажет даже при всей своей открытости: как она зависима от него, Юрки, и что разрыв будет беспощаден для нее и смертелен.
— Я покажу тебе ночной город, ты превратишься в серую кошку, мы будем лазить с тобой по древним развалинам, подглядывать за людьми, которые прячутся от злых духов…
— И будем их пугать? — восхищенно спросила Маша.
— Только не сильно… Мы будем следить за разбойниками и прятаться от вербовщиков в боевые отряды. Они повсюду шныряют, как крысы, заставляют идти на войну, стрелять в людей. Они ненормальные, и вот их надо бояться больше всего…
— А если нас поймают? — осторожно спросила она.
— Тогда мне побреют голову и отправят воевать.
— А мне тоже побреют голову?
— Тебе первой!
Маша призадумалась, а Юрка весело рассмеялся — завел девушку в тупик.
— Ты, конечно, все врешь, ты классный врунишка, но все равно тебе не удастся меня обмануть. Потому что я выздоровела и поумнела… И нам пора, уже стемнело… Ты обещал!