— Да нет, — махнул рукой капитан, — скорее всего, просто маскировка. А что? Жертва фашизма, все вопросы побоку. Но этот — он фашист, ребята! Настоящий. Которого и наша победа не успокоила.
— Вот сволочь, — сплюнул один из автоматчиков.
Между тем раненый зашевелился, а вскоре и открыл глаза.
— Товарищ капитан, можно я теперь, по-нашему, по-простому? — сказал Мельников.
— Вот теперь давай. А то заигрался я в казаки-разбойники. Шерлок Холмс, блин.
— Оганес, посмотри, нет в кузове ведра и шланга? — спросил Мельников.
Все необходимое нашлось. Сергей сцедил из бака бензин. Запахло немецким синтетиком. Впрочем, что удивляться? Немцы при отступлении много чего побросали. Всюду стояли и брошенные машины, и другое имущество, до которого у наших пока что просто руки не дошли.
— Ребята, вон какой-то пустой дом, тащите его туда.
Шофера затащили в какое-то здание, напоминающее брошенный склад. Он уже вполне очухался.
— Начнем, пожалуй. — Мельников плеснул на него бензином из ведра. Потом медленно достал из кармана зажигалку. — Итак, друг. Пленным ты уже не являешься, потому что война закончилась. А являешься ты, сволочь, уголовником, фашистом недобитым. У меня — и вот у всех у них, к таким, как ты, есть собственный счетец. Поэтому сейчас мы устроим небольшой костерок…
Сергей стал медленно приближать зажигалку. В глазах шофера заметался ужас.
— Не надо! — закричал он.
— А что надо? Ждать, когда ты будешь наших ребят из-за угла убивать?
— Я… Никого не убил… — Он осекся… — Из ваших — никого. А эта…
— Слушай, ты! Мы — такие же милые люди, как ваш СД. Мы с ней как раз хотели кое о чем поговорить. А теперь вот не с кем. Вот и выбирай. Либо ты нам все расскажешь вместо нее, либо… Сам понимаешь.
— Я буду говорить!…
Еляков видел, что этот тип дозрел. И он вступил в беседу.
— Имя?
— Ян Лентовский.
— Так ты не немец?
— Нет. Поляк.
— Снова поляк! Кто такой?
— Я был офицером польской армии. В тридцать девятом попал в плен. Согласился на сотрудничество с немцами. Работал у них на разных должностях.
— Дальше!
— А дальше выхода уже не было. Пришлось делать что велят. Нас оставили тут для организации подполья. Этот, который был со мной, — оберштумфюрер[35] СС Ланц. Сейчас — один из лидеров «Вервольф». Из какой-то их элитной, особо засекреченной структуры. По документам, которые мне дали эти люди, я бежал из лагеря. Ланц тоже имел какие-то похожие документы. Но я не хотел воевать…
— Много в городе людей из «Вервольф»?
— Нет. Вы слишком быстро пришли. Да и до этого многие разбежались. Никто не хотел участвовать в безнадежном деле. А потом появился этот…