. В свое время, после бурного объяснения я его получил от нашего популярного властителя дум, не без мордобоя.
Без шуток, я очень рад, что оставляю Вам для потомства это подтверждение моей страсти к убийству, отмеченное компетентной мировой критикой.
Я – честное слово – занялся писанием «задуманной» статейки для Н. Ж. Заглавие «Иллюзии и легенды»[731] о разных личностях – от культа Хлебникова до английского палача в отставке – via <Через (лат.).> незамеченное поколение. Разумеется, дам через номер. Мне, между прочим, крайне нужны для нее кое-какие книжки, и очень надеюсь, что Вы мне их одолжите. Верну, не засалив, малой скоростью по использовании. Вот они – «Неизд<анный> Гумилев» Стpуве, Cлоним «Истор<ия> литер<атуры>», Струве «История литер<атуры>»[732], когда выйдет, и «Незамеченное поколение» Варшавскогo. Не думайте, что я собираюсь опять атаковать «рыжих мерзавцев». Нет, на этот раз будут одни грустно академические размышления. Но мне кажется, может получиться интересно. И легенды «Аполлона» тоже коснусь. И символизм, который Вы не любите, а я чту и люблю. Ах да, еще м.б. у Вас найдется предпоследний номер «Граней» со статьей Маркова о Есенинe[733]. Тогда опять прошу ссудить. 38,5 температуры, и голова гудит. Потому и пишу так вяло и почерк такой мерзкий.
Я, конечно, исправляя опечатки, все наврал. Прибавьте, пожалуйста:
Стр. 275 ст. 8 сверху следует читать «близкий сотрудник».[734]
Стр. 276 ст.16 снизу и стр. 282 ст. 3 снизу в обоих случаях сл<едует> читать "в мнимом 1910 году".[735]
Обнимаю Вас, дорогой граф и досточтимый коллега. Жду от Вас, в ответ на это, Ваше образцово-блистательное письмо.
Жоржа
Дело Почтам<т>ской улицы
<заглавие вписано посторонней рукой. — Публ.>
Почтамтская 20, богатый буржуазный дом стиля 90 годов. Напротив — окна в окна дворец Фредерикса,[736] министра двора. Чопорно-аристократическая улица, начинающаяся с Исаакиевской площади и здесь кончающаяся, упираясь в казармы Л. Г. Конного полка.
Квартира № 2, в бельэтаже — петербургская пьедатер С. С. Белей [737] и ее покойного мужа (миллионера - косте-обжигательные заводы) Н. Н. Белей.[738] В адресной книге у них еще два, основных, адреса: «Петергоф — зимняя резиденция» и «Петергоф — летняя резиденция». Там лакеи, конюшни и - в те времена! - три автомобиля. Здесь же «уголок» - три комнаты на пятом этаже, точно такая же квартира под челядь.
Квартира маленькая, комнаты очень большие. Отделана и обставлена с хамской роскошью. Двери и окна корельской березы и красного дерева с бронзой. Фальшивые ренессансы. Люстры из ананасов и граций, разные ониксовые ундины и серебряные коты в натуральную величину.