– Не знаю. Почему я должна тебе доверять и сидеть здесь неизвестно сколько времени?
– Что ты предлагаешь?
– Связаться с русским консульством и объяснить им все, обрисовать ситуацию. Я подожду, пока мне не выправят документы и как-то разрешится ситуация с билетами. Я все сказала, что от меня требовалось, и хочу вылететь в Москву. Ты обещал, что меня отпустят, как только я выполню… вашу просьбу. Вместо этого меня привезли сюда, и ты хочешь, чтобы я спокойно сидела сложа руки и верила каждому твоему слову.
– У тебя есть какая-то версия, объясняющая, почему я это делаю.
Я пожала плечами:
– У меня нет ни малейшего желания копаться в твоих мыслях и мотивах. Я просто хочу уехать в Москву. Меня там ждет начальник. Работа, в конце концов.
– Именно поэтому ты и не можешь сейчас вернуться в Москву. – Андре вновь повернулся ко мне спиной.
– Тогда можешь хотя бы сказать: сколько времени я здесь пробуду? – спросила я у этой спины в черной водолазке.
– Не могу, – мрачно изрек он. – Потому что и сам не знаю.
– Так не пойдет… – Я села на табуретку и скрестила ноги. – Я даю тебе срок… ну, скажем, неделю. Потом ты меня отпускаешь. И все.
– Ты еще ставишь условия?
– А почему бы и нет? Чем я тебе обязана?
– Жизнью.
Я подняла брови, но спина этого не увидела.
– Давай пока что отложим этот спор. Ешь. – Он поставил передо мной тарелку.
– Что это?
Есть мне хотелось ужасно, но демонстрировать ему свой аппетит – нет. Я лениво подцепила вилкой кусочек мяса и медленно отправила его в рот. Он смотрел на меня настороженно, изучающе, пытаясь понять, ломаю я дурочку или такая я есть на самом деле.
– Вкусно? – не выдержал он.
– Съедобно.
Он ухмыльнулся и тут же нахмурился.
– Вижу, ты не воспринимаешь меня всерьез.
– Что есть, то есть. Не вижу оснований для этого, – прибавила я. – Надеюсь, ты согласишься с тем, что другой реакции ожидать от меня по меньшей мере странно.
Он уставился на меня – мрачный, небритый – с таким видом, словно его, наследника английского престола, унизила последняя нищенка.
– Ты что, смеешься?
– Ничуть! – Я почувствовала, что задела его чувствительные струны, и от одной этой мысли у меня прибавился аппетит, я даже ощутила краткий прилив хорошего настроения.
Я выбрала кусок мяса посочнее и отправила его в рот.
– М-м… неплохо. Весьма неплохо. По крайней мере готовить ты умеешь. Неплохое мужское качество. Не знаю, как насчет всего остального… – я хихикнула.
Я подумала, что его хватит удар: жилы на лбу вздулись, он судорожно дернулся:
– Заткнись! Прекрати издеваться надо мной!
– Ничего подобного, – запротестовала я и подцепила вилкой какую-то травинку. – Я просто оцениваю тебя.