Когда мы наконец очутились на поле, передо мной предстала сцена, вовсе не похожая на описанную в «Анне Карениной». Вдалеке маячили дома-башни, а здесь снег уже успел подтаять и выглядел грязным и неряшливым. Русские девушки, сидевшие под длинным навесом, производили впечатление переливающейся всеми красками стайки райских птиц. «Даллас» двадцать первого века — вот наилучший способ описания дресс-кода на этом матче. Униформа девушек состояла из сапожек на высоких каблуках (на случай если вас заинтересует их происхождение — сплошной Ив Сен-Лоран), желтых бриллиантов и такого количества лисьего меха, которое только можно нагрузить на одну женщину, не покалечив ее при этом.
Трибуны были полны, и в дальнем конце стадиона играл оркестр русских народных инструментов. Присутствующим раздавали сбитень: горячее вино со вкусом кипящего кленового сиропа. Несмотря на драгоценности, меха и шум, одно было совершенно ясно: это, слава Богу, не поло в Бриджхэмптоне.
Герский и тут отыскал приятелей, и мы сели за их столик. Игра должна была начаться не раньше чем через полчаса, а пока у присутствующих появилось время вдоволь посплетничать.
Неожиданно я услышала знакомый голос с американским акцентом:
— Сильви! Привет! Лорен! Ола! Как я рада видеть вас здесь!
Обернувшись, я увидела Валери Гервалд в обществе Мардж Крэддок, ехидной особы, знакомой Хантера, и обоих мужей. Разряженные в жемчуга и очень светлые меха, они казались чрезвычайно неказистыми на фоне русских девиц. Валери и ее шайка плюхнулись за соседний столик.
— Я всегда говорила, что в снегопад нет ничего лучше Ральфа Лорена! — объявила Мардж.
— Мне больше нравится в Аспене, — пожаловалась Валери. — Почему мы не в Аспене?
— А мне и тут хорошо. Где еще тебе сойдет с рук белая норка от Ральфа Лорена? — возразила Мардж, гладя свою шубу.
Все как всегда. Вы можете увезти девушку из Бриджхэмптона, но нельзя выбить из девушки бриджхэмптонский поло.
— Твой муж здесь? — осведомилась Валери, глядя на меня. — Умираю от желания познакомиться. Я так много слышала о нем.
— Он работает в Германии, — пожала плечами я.
— Его никогда нет рядом, верно? Бедняжка, как, должно быть, ему одиноко!
— Он там с коллегой, — буркнула я, неожиданно вспомнив о способностях Софии к иностранным языкам.
— Случайно, эта «коллега» не некая София? — встряла Мардж, наградив меня сожалеющим взглядом. — Как я счастлива, что она не принадлежит к коллегам моего мужа. Ха-ха!
Все рассмеялись, но лично мне не понравился поворот, который приняла беседа. Почувствовав, что мне не по себе, Лорен перебила Валери: