Она не смогла удержаться от расспросов:
— Разве вы никогда не были влюблены?
— Когда-то у меня была девушка, но она предпочла другого, — ответил он так небрежно, будто это не имело для него значения. — С тех пор у меня не было никого, я хорошо об этом позаботился. — Взгляд, которым он одарил Розали, обжег ее, словно удар бича. — Ни одна женщина больше не проникнет в мою душу и сердце. Я женонепроницаемый.
Она улыбнулась и попыталась его спровоцировать:
— Интересно, это предупреждение или вызов?
— Ни то, ни другое, просто констатация факта. Давайте закроем эту тему, хорошо?
Он остановил машину возле небольшого современного домика на тихой улочке.
— Вы здесь живете? — удивилась Розали. — Весь дом ваш?
— Нет. Я снимаю второй этаж с обстановкой — две комнаты, кухня и ванная. — Крэйфорд вышел из машины и направился к дому.
Она опустила стекло машины и спросила:
— А можно я войду с вами? Пожалуйста!
Он заколебался, потом неохотно разрешил:
— Ну хорошо, если вы так хотите, но я ненадолго. Вряд ли пара минут стоят ваших усилий.
Однако Розали не была намерена позволить ему так просто от нее отделаться и побежала за ним к входной двери. Он открыл ее своим ключом, пропустил девушку вперед в холл, и она начала подниматься по лестнице.
— Предупреждаю, там жуткий беспорядок. Я не ждал посетителей.
Он оказался прав. Гостиная была завалена книгами, журналами и бумагами. На столе стояла грязная посуда. В комнате было так душно, словно сюда не пускали свежего воздуха уже несколько недель.
— Я вас предупреждал, — заметил Крэйфорд растерянность на ее лице.
— Я вас не осуждаю, — пожала она плечами. — Просто все это пробуждает во мне женские инстинкты — так и тянет взяться за работу.
— Даже не думайте об этом, — предостерег он. — Мне нравится мой беспорядок. Я не позволю его нарушить. Ни одна женская рука не посмеет здесь ничего коснуться. Порядок меня душит, парализуя мыслительные способности.
Они впервые улыбнулись друг другу, и Розали почувствовала, как где-то внутри нее шевельнулось какое-то странное чувство. Она поспешно отвернулась, отошла к маленькому столику, заваленному книгами и газетами. Там, почти скрытая этими завалами, стояла фотография в серебряной рамке. Она подняла ее и стала разглядывать, пока он искал нужные бумаги. Наконец нашел их и в ожидании Розали встал у двери.
Но она вместо того, чтобы присоединиться к нему, спросила:
— Эта женщина ваша мать, доктор Крэйфорд?
Он кивнул.
— Вы похожи на нее. — Она сравнила их лица. — Тот же взгляд, тот же прямой нос, те же высокие скулы…
— Когда вы закончите анализировать мою лицевую структуру, будьте так добры, поставьте фотографию туда, где она стояла, и мы сможем ехать.