Несмотря на потрясения этой ночи, она стояла на веранде своего дома с чашкой горячего кофе и подсчитывала удачи.
Ночь закончилась. Бекки не заболела, не попала в больницу, а спит крепким сном в комнате Бриттани.
Но самый чудесный, самый восхитительный итог сейчас принимает душ у нее в доме. Ренни посетила мысль встать рядом с ним под струи воды. Нет, они еще не выяснили кое — какие недоразумения, поэтому ни к чему усложнять и запутывать отношения. Но мысль соблазнительная.
Хитрая миссис Дэниельс предложила забрать Бекки на денек, якобы для того, чтобы ее мама немножко отдохнула, однако Ренни подозревала, что подруга взяла на себя роль свахи. И если им с Джесси нужно время побыть наедине, они его получили.
Когда Ренни вошла в дом, вода уже не шумела. Налив Джесси кофе, она вернулась на веранду.
Через несколько минут хлопнула дверь, и Ренни замерла в ожидании. Джесси подошел сзади, обнял ее, ткнулся лбом ей в макушку.
— Нам ведь надо поговорить, — сказал он.
— Знаю. Видимо, начать следует мне, потому что я совершенно неправильно оценила тебя. — Ренни повернулась к нему лицом. — Прости, я осуждала тебя за дорогие вещи, полагая, что ты относишься к ним так же, как и Робин. Теперь понимаю, сходство лишь внешнее.
— А машина? Она автоматически ставила меня на место победителя в соревновании молодых карьеристов, — поддразнил он ее, потом вдруг посерьезнел. — На самом деле, если не считать одежды, это моя первая крупная вещь, первая новая машина. До нее все были подержанными, ведь я только в прошлом году вернул ссуду за обучение.
— Не надо, теперь я чувствую себя и вовсе отвратительно. — Ренни спрятала лицо у него на груди.
— Дорогая, ну что ты? Я сказал об этом не для того, чтобы огорчить тебя. Дело в том, что в некотором смысле ты права. Мне было очень важно создать образ внешнего благополучия, ибо тогда, глядя на себя в зеркало, я мог сказать: мама ошибалась, я способен достичь гораздо большего, чем тот никчемный разгильдяй, каким она считала меня в детстве.
Голос немного дрогнул, и Ренни поняла, что ему до сих пор больно вспоминать об этом.
— Итак, на мой взгляд, я был вечным неудачником. А раз ты сумела легко увидеть за красивым фасадом тайный изъян, значит, мама права, и я действительно никчемный. И если бы Вики не разубедила меня, я бы никогда не осмелился прийти снова и добиваться тебя.
Ренни заплакала. Он осушил ее слезы нежными поцелуями, а затем приник к ее губам. Это был исцеляющий, сулящий надежды поцелуй.
— Конечно, я одет сейчас не совсем подобающим образом. — Джесси посмотрел на выгоревший свитер, который утром позаимствовал у Марка. — Но знаешь ли ты, как сильно я тебя люблю?