— Угу. — Лепски провел пальцами по волосам. — Но ты по голосу как понял: она вся кипит?
Тэннер обдумал вопрос, посасывая кончик своей шариковой ручки.
— Не знаю, что ты имеешь в виду под словом «кипит», — сказал он наконец. — А я по голосу представил тигрицу, которой в задницу влетел шмель.
Лепски закрыл глаза, снова открыл.
— Чарли, будь другом, а? Позвони ей, скажи, что я по уши в работе. Сделай такое одолжение.
— Ну уж нет, — решительно отказался Чарли. — Мне мои барабанные перепонки еще дороги!
Лепски фыркнул через нос, да так, что не испугаться могли только люди с очень крепкими нервами.
— Кого волнуют твои барабанные перепонки? Ну-ка звони, нечего тут выпендриваться! Забыл, как я звонил твоей жене да отмазывал тебя? Или еще помнишь?
Тэннер сразу скис. Естественно, он помнил жуткую историю, когда он как следует флиртанул с одной блондинкой — ах, какая была ягодка! — брак его повис на волоске, и Лепски прикрыл Тэннера, спас, внаглую наврав его жене.
— Ну, Том, это шантаж!
— Можешь подавать в суд! — зарычал Лепски. — Звони Кэрол и умасливай ее! — И он зашагал наверх, в комнату детективов.
Через несколько минут он докладывал капитану Терреллу, рядом сидел Беглер.
— Хорошо, Том, поговорите с этим доктором… как там его? Уанники? Если парень болен, как подозревает его отец, видно, это и есть наша пташка. — Террелл повернулся к Беглеру. — Пошли людей к Тохоло домой. Вдруг там есть фотография, а то и на отпечатки пальцев наткнемся. — Он встал. — Я еду в клуб «Пятьдесят», поговорю там кое с кем.
Спустившись, Лепски уже было прошел мимо дежурной комнаты, но тут увидел Тэннера — тот отчаянно махал ему, держа возле уха телефонную трубку.
Лепски подскочил к нему, тормознул каблуками.
— Кто там?
— Твоя женя, — ответил Тэннер с перепуганным лицом.
У Лепски засосало под ложечкой. Поколебавшись секунду, он выхватил трубку из руки Тэннера.
— Кэрол? Все никак не найду минуты позвонить, дорогая. Сейчас занят выше головы! Потом перезвоню, ладно? Мне надо лететь сию секунду!
— Лепски!
Голос жены вонзился в мозг Лепски, будто пуля. Он поморщился, потом покорился судьбе.
— Угу… угу… как ты, крошка? Я тут ношусь как угорелый, будто мне вставили… в общем занят я, понимаешь?
— Лепски! Хватит там стонать, послушай меня!
Лепски облокотился на стол Тэннера, ослабил узел галстука.
— Я же тебе сказал… ты извини, но… я, как из дому уехал, спал всего четыре часа. Я… черт возьми! Я делом занят, понимаешь?
— Если бы я хоть секунду сомневалась, что ты был, есть и будешь занят делом, я бы с тобой немедля развелась, — довела до его сведения Кэрол. — А теперь хватит выступать и дай выступить мне.