Произнося последнюю фразу, Андре повысил голос. Жюльен понурился. Мастер подошел к нему, взял рукой за подбородок и спросил:
— Ты и в самом деле хочешь остаться здесь?
— Да, шеф.
— И обещаешь вести себя так, чтобы господин Петьо мог забыть о твоем дурацком поведении?
— Да, шеф.
— Вам сильно повезло, Жюльен, что вы работаете под началом такого человека, как Андре, — вмешалась хозяйка. — Вы должны благодарить его.
— Благодарю, шеф, — сказал мальчик.
— О, так не благодарят, — заметила госпожа Петьо, — благодарить надо своим трудом и примерным поведением.
Мастер взял мальчика за плечо и подтолкнул к дверям.
— Ладно, беги, — сказал он. — У меня в печи стоит слоеное тесто. Сколько нам потребуется начинки, мадам? Пора уже печь пирожки.
Когда они возвратились в цех, Виктор, передразнивая госпожу Петьо, встретил их целой речью:
— Вы гадкий мальчишка. Я так огорчена, вы даже не понимаете, до чего я огорчена. И моему бедному муженьку пришлось опять улечься в постель…
— Хватит! — оборвал его мастер. — Если все начнут паясничать, тут будет настоящий цирк. Довольно болтать, работа не ждет.
Виктор не стал спорить.
Теперь все работали молча, только изредка кто-нибудь задавал вопрос или слышалось короткое приказание. В одиннадцать часов Жюльен уехал развозить заказы и вернулся около полудня. Он спешил. Но, когда мальчик открыл дверь в столовую, хозяйка не дала ему переступить порог и сама вышла во двор. Жюльен успел заметить, что господин Петьо сидит за столом, упершись локтями и обхватив руками голову, а на плечах у него примостилась кошка. Хозяйка прикрыла за собою дверь. Приложив палец ко рту, выпятив губы и строго глядя на мальчика, она сказала:
— Главное, не входите в столовую, когда там господин Петьо. Главное, не входите. Если будут новые поручения, я вас кликну.
Жюльен поплелся в цех. Мастер собирался уходить.
— Веди себя осмотрительно, — сказал он на прощанье.
Виктор стоял у плиты, размешивая картофельное пюре в большой кастрюле. Он повернулся, держа ложку в руке.
— Из-за твоих глупостей, — бросил он, — мне приходится возиться с обедом.
Он снова принялся помешивать в кастрюле и прибавил:
— Во всяком случае, на этот раз вы будете лопать воздушное блюдо. Скажу вам по секрету, ребята, я не пожалел ни масла, ни сливок.
— Значит, мы не внакладе, — заметил Морис.
Жюльен подошел к Виктору. С минуту он молча глядел на него, потом откашлялся и начал:
— Я хотел вам сказать… нынче утром… вы были на высоте…
— Ладно, ладно! Нам-то ты можешь не заливать!
— Но ведь я и вправду не крал вина.
Виктор взглянул на него: