После перерыва мастер закончил основную часть своей работы; Жюльен в это время мыл бак и развозил заказы. В три часа дня, когда хозяин еще отдыхал у себя в комнате, Андре отдал необходимые распоряжения Виктору; затем взял несколько больших листов белой бумаги, свернул их в трубку и, протянув Жюльену, сказал:
— Собирайся, пошли.
Во дворе они столкнулись с господином Петьо, но тот даже не посмотрел на них. Андре отворил дверь в столовую и крикнул:
— Клодина, передайте хозяйке, что я ушел с Жюльеном.
Они спустились по маленькой улочке Бьер. Мастер жил на улице Пастера.
Оба устроились рядом за кухонным столом, лицом к окну. Жена Андре, маленькая, очень живая блондинка, не переставая улыбалась. Она ненадолго вышла из комнаты и возвратилась с пачкой сухого печенья.
— Я вам приготовлю по чашке чая, — сказала она.
— Ты, видно, решила, что к тебе кумушки с визитом пожаловали, — пошутил мастер.
— Ничего, чаю все-таки выпейте.
Она поставила на плиту кастрюлю с водой, и та вскоре запела. Было жарко. В комнате царил покой. Женщина устроилась возле окна. Она шила.
Прежде всего мастер вытащил из коробки для обуви несколько почтовых открыток.
— Кроме этих открыток, — сказал он, — у меня есть книга с рисунками, есть там и китайские вещицы.
— А словарь? — спросил Жюльен.
— Постой-ка, ведь ты прав, надо будет и в нем посмотреть. Мне это не пришло в голову.
В энциклопедическом словаре, который принес мастер, они нашли изображение пагоды.
— Это поможет нам соорудить витрину.
— А из чего вы собираетесь ее делать? — поинтересовался мальчик.
— Из шоколада. На первый взгляд здорово трудно, но, сам увидишь, в конечном счете это так же просто, как и все в жизни. Немного умения да побольше усердия. Ты доволен, что будешь мне помогать?
— Еще как, шеф.
— Ну, тогда попробуй нарисовать что-нибудь. Помнишь нашу маленькую витрину, ту, что слева?.. Так вот, надо использовать всю ее ширину.
Жюльен принялся рисовать. Он лишь несколько раз побывал на уроках в вечерней студии, когда последний год учился в школе. Но у него были способности к рисованию. Карандаш его так и летал по бумаге, оставляя на ней уверенные и четкие штрихи. Мальчик сделал четыре или пять беглых набросков.
— Подробности придумаем позднее, — сказал мастер. — Ты прав, для начала нужно представить себе все в целом.