— Вы выглядите беспутным кутилой, — нервно улыбнулась Жанна. — Приготовить завтрак, пока вы приводите себя в порядок?
— Отличная мысль. Негодяи мужчины всегда довольны, если о них заботится кто-то свежий, как утреннее молоко. — Его дыхание стало прерывистым, и он, такой теплый и красивый, несмотря на небритость, неожиданно слегка поцеловал ее в щеку.
— Борода колючая, — пискнула Жанна, отворачиваясь, чтобы Рауль не смог поцеловать ее в губы. Ему не следует это делать, тогда она не устоит перед ним.
— Извините, дорогая. Трудно быть мужчиной — ни борода, ни эмоции не поддаются контролю. Вы же так холодны! Интересно было бы знать, можно ли вас так завести, чтобы вы не сопротивлялись поцелую, а молили о нем. Что для этого нужно, мой маленький снежный комочек?
— Снег? В пустыне? — пыталась пошутить она.
— Да, это вы. — Он окинул ее взглядом. Прохладная кожа, белое платье, бледно-золотистые волосы были ее союзниками. С их помощью ей удавалось выглядеть сдержанной молодой мисс, за которую он ее и принимает.
— Пожалуйста, пустите меня, сеньор.
— Боитесь растаять от моих прикосновений?
— Вы… вы не имеете права так говорить со мной. — Жанна боролась с ним, понимая, что для него она лишь мимолетная забава. Он скучает о Рэчел, а она для него лишь живая игрушка. — Вы ведете себя как испорченный наглый мальчишка!
— Скажите мне, — он потрогал амулеты на ее запястье, — вы, как и Джойоса, боитесь меня потому, что я сын пустыни?
— Нет, не из-за этого.
— Тогда почему вам так не нравится, когда я прикасаюсь к вам?
— Я… я не ваша собственность. Я лишь ношу ваше кольцо. И я не намерена развлекать вас, когда у вас возникает в этом потребность.
— А если бы вы были моей… собственностью?
— Я все равно сопротивлялась бы вам.
— Почему?
— Вы можете избить меня, но я не скажу вам этого, сеньор.
— Упрямый ребенок! Вы, по-видимому, приберегаете свои поцелуи для приличного молодого человека, который не обременит вас излишней страстью и будет смотреть на вас как на предмет меблировки в аккуратном и скучном английском доме.
— Чушь! И вы говорите все это лишь потому, что я не хочу флиртовать с вами? Нечестно…
— Трепать ваши мягкие перышки, мисс Смит? Еще раз примите мой извинения. Я запомню на будущее, что мое общество вам не по вкусу. Мои действия слишком примитивны, а мои руки… могут оставить синяки на вашей молочной коже, растрепать ваши чудесные волосы и измять белую блузку! Небольшой совет, дорогая. Осторожнее, не попадайтесь в мои объятья, а то я могу забыть, что вы не моя собственность.
— Я понимаю, сеньор, что одиночество вынуждает вас искать моего общества: