— Она для тебя уже Алёнушка? — возмутилась Маша и саркастически добавила. — Может мне ещё и выйти, а то видимо я здесь третий лишний.
— Маша не начинай!
— Сто за Маса? — не поняла Елена.
— В смысле Миша, просто мой слабоумный брат так меня дразнит. Терпеть не могу этих девчонок, — девушка зло зыкнула на Ивана и покрутила пальцем у виска. — Так всё-таки, что ты там говорила про Кощея и почему приняла нас за его слуг?
— Говолю же есть плитины.
Маша вздохнула, прошла к столику с напитками и вернулась оттуда с тарелкой фруктов и уже начатым графином водки.
— Есть предложение Прекрасная Елена, выпить за знакомство и заодно для снятия стресса.
Елена посмотрела на Машу-Мишу удивлённо, но отказываться не стала, видимо у красавицы нервы тоже были на пределе. Маша наполнила чарки и протянула одну Елене, а другую Ивану. Тот сначала по привычке взял посудину в руки, но вовремя опомнился и поставил, пояснив, что ему нельзя.
— Нам больше достанется, — резюмировала Маша. Девушки чокнулись и не поморщившись выпили до дна.
— Ну, а теперь ты можешь сказать, что же это за таинственные причины? — продолжила атаку Маша.
— Какие причины? — не поняла Елена.
— Почему ты приняла нас с братом за прихвостней Кощея.
— Понимаесь, плимелно с месяц назад ко мне заявились двое посетителей, они тозе вели себя так зе нагло, в момент обезалузили стлазу. А когда мы остались одни они мне пеледали, сто Костей пледлагает мне луку и селдце. Я отказалась, они ответили, сто так и думали и Костей даёт мне на размышление тли месяца, а стобы думалось мне лутсе вот подалотек. И один из них стал титать какие-то стиски, а длугой махать луками.
— Кощей подарил тебе стихи с сурдопереводом? — уточнила Маша. — Как романтично.
— Какие стихи? Это они так колдовали, а я ворон ститала пока не оказалось слиском поздно, — Елена смахнула выступившие слёзы. — Тепель я не выговаливаю половину букв и с козей плоблемы. Но это естё так цветоцки.
— Ох уж эти женщины, — засмеялся Иван, — я-то думал тут что-то серьёзное, а у неё видишь ли румянец теперь не тот.
— Дулак, — обиделась Елена.
— Так, а что дальше было? — поинтересовалась Маша.
— Не сказу.
— Почему?
— Не сказу и всё, пусть твой блат над длугими смеётся, а не надо мной.
— А на ушко мне скажешь? Я Ивану ни слова, ни полслова не расскажу. Пойми, ведь если я не узнаю всё, как же смогу придумать, чем тебе помочь.
Елена кивнула и зашептала что-то в подставленное Машей ухо. Иван действительно больше ничего не услышал, но ему это было без надобности, он никогда особо не интересовался бабьими штучками. Пока Елена и Маша-Миша о чём- то шушукались, он встал и отошел к окну, аккуратно отодвинул расшитую занавеску и выглянул на улицу. Под окном, как и положено, росла белая берёза. Иван залюбовался этой стройной красавицей и тем, как ветер любовно перебирает её волосы-ветви. От приятного зрелища Ивана оторвала всё та же Маша, которая тянула его за рукав.