Когда мы покинули город и за бортом поплыли поля с колышущейся на ветру мертвой грязно-желтой травой, мне немного полегчало. И это не потому, что я такой черствый, толстошкурый гад, моментально забывший о погибшем товарище. Просто так всегда бывает. Оставляя за спиной очередной город, мы оставляем в нем и целый ворох воспоминаний. Хороших или плохих, без разницы. Все это происходило там... в прошлом, с которым нас уже ничего не связывает, лишь нематериальная эфемерная субстанция, именуемая памятью. Да только вот память, дама ох какая капризная. Что хочет, то и творит. Будто в калейдоскопе она перемешивает самые разнообразные факты и события, а затем, повинуясь какой-то своей, частенько непредсказуемой логике, выплескивает их перед нашим мысленным взором. А уж если найдется за что зацепиться...
Именно в этот момент моя память зацепилась за полдюжины ржавых, искореженных от взрывов боекомплектов, угловатых силуэтов. Они появились прямо по курсу. Небольшая колонна замерла прямо посреди проезжей части. Четыре БТР-90 и два БМП-4. Для меня существование этой погибшей колонны не являлось новостью. Я много раз проезжал мимо и знал, что она стоит именно здесь, на въезде в Лесной городок. Знал, да только под натиском последних событий эта информация начисто вылетела из головы. А вот сейчас пришлось вспомнить.
Так уж вышло, что я стал свидетелем их гибели. Вернее не самого боя, а его окончания. Было это в самом начале войны. Мы не успели всего минут на десять. Когда бронегруппа подошла, челнок ханхов уже скрылся за облаками, а шесть наших боевых машин были охвачены пламенем. Горело все, включая в теории не горючие шины и краску на бортах. В тех местах, где она уже выгорела полностью, виднелся голый металл, который от разогрева тускло светился темно-малиновым цветом. И самое страшное... как всегда... ни одного выжившего.
-- Полковник!
Из омута тягостных воспоминаний меня вырвала серия несильных, но настойчивых тычков в бок. Очнувшись, я скосил глаза на сидящего рядом Лешего:
-- Чего тебе?
-- Это твой обычный маршрут? -- подполковник кивнул в направлении смотрового люка. -- Ничего подозрительного не заметил?
-- Ничего, -- буркнул я.
С полминуты Загребельный молчал. За это время мы успели поравняться с погибшей колонной.
-- Молодец, что машину спас, -- Леший угрюмо глядел на проплывающие за бортом, изъеденные странной зеленовато-бурой ржавчиной остова. -- Заберись эта тварь внутрь... тогда все... тогда бы ножками топали как миленькие. А времени и так, сам знаешь, в обрез.