Теперь Павел и Лиза Орловы. Я сразу вспомнил, что и впрямь хотел оставить их в Подольске. Точно! Так и сделаю! Хотя... Лиза отличный снайпер. Пашка смышленый и верткий разведчик. Единственное, чем они уступали "крепким надежным парням", о которых мечтал Леший, так это своими возможностями в рукопашной схватке. Да только вряд ли нам предстоит кулачное махалово. С кем махаться то? С кентаврами что ли? Мысль о шестилапых монстрах, а так же куда более серьезных опасностях поджидающих нас на Проклятых землях, заставила опомниться. Нет! Ни за что! Оставлю ребятню в поселке и точка!
Последним в списке стоял Нестеров. Вот к его-то кандидатуре отношение выработать никак не удавалось. Майор мог одновременно быть как необычайно ценной боевой единицей, так и источником повышенной опасности. Кроме этого, его персона делала нас объектом возможной диверсии. Вопрос "с чьей стороны?" я пока решил опустить. Черт его знает с чьей. Тыкать пальцем в сторону ханхов было несколько преждевременно. Так что учитывая все вышесказанное...
Сделать вывод я так и не успел. Из-за спины послышался негромкий окрик:
-- Дядя Максим!
Пашка подобрался совсем близко, его белобрысая, неумело подстриженная голова возникла чуть ли не возле самого моего плеча.
-- Чего тебе? -- буркнул я, наскоро обернувшись назад.
-- Вам товарищ капитан просил передать, -- пацан запнулся, словно припоминая текст донесения. -- Там... на востоке... Будто горит что-то.
"Там... на востоке", это совершенно иное, чем "там... с левого борта". "Там... на востоке" означало где-то очень далеко. А значит прямой немедленной опасности пока нет. Понимая это, мы с Лешим едва заметно друг другу кивнули. Это был еще и знак согласия. Ни у меня, ни у Андрюхи не имелось возражений против короткой остановки.
Парковать БТР у обочины не имело смысла. Остановился прямо посреди широченной ленты Киевского шоссе, на которую мы выкатили минут десять назад. Оглядевшись сквозь люки, амбразуры и уцелевшие приборы наблюдения, мы не обнаружили ничего подозрительного. Что ж, раз так, то, пожалуй, будет совсем не грех вдохнуть свежего воздуха.
Едва приоткрыв крышку люка, я сразу понял, что утро сегодня какое-то не такое, можно даже сказать особенное. Низкие плотные облака, надежно скрывавшие солнце, отливали отнюдь не своим обычным грязным золотом. Сегодня в их окрасе преобладали багровые тона. Багровый восход! Кто-нибудь когда-нибудь видел багровый восход? Закат -- да, но восход...! Я поглядел на восток, туда, где по моим расчетам, сейчас и находилось дневное светило. Горизонт пылал красками расплавленного металла. Воздух там был плотным и тяжелым. Он будто состоял из миллионов раскаленных нитей. Желтые, оранжевые и красные, они намертво сшивали небеса с земной твердью.