Зеленоватое свечение исходило от каменной платформы, находящейся под водой, почти у самой поверхности. От центра платформы расходилась рябь, словно здесь что-то потревожило воду. Свечение казалось пестрым из-за взбаламученной рябью грязи. Платформа была шагов двадцать в длину, овал с кругом сломанных колонн по краю, торчащих из воды, словно гнилые зубы. Ступени, также светящиеся, изогнутые, повторяющие контуры платформы, уходили куда-то вниз, во тьму.
Все это Каватина рассмотрела с одного взгляда. Платформа была прогалиной в этом затопленном лесу, открытым пространством, где не было деревьев — и не было существа, на которое Каватина охотилась.
— Эй, тварь! — крикнула она. — Покажись!
Насмешливый хохот донесся от мертвых деревьев по ту сторону платформы.
Существо было слишком далеко, чтобы обрушить на него заклинание. Каватина собиралась выманить его из убежища. Она оттолкнулась от дерева и выплыла на открытое место, намеренно превращая себя в мишень.
Атака последовала тут же. Вокруг вдруг разлилась тьма, разом поглотив зеленое свечение снизу и слабое сияние месяца в небесах. Мгновением позже заклинание, сотворенное Каватиной, начало действовать, и она снова могла видеть. Как раз вовремя. Она взмахнула мечом, метя в существо, которое метнулось к ней, таща за собой нить паутины. Оружие начало опускаться, и воздух наполнился песней.
Существо извернулось на лету настолько стремительно, что глаз едва успел заметить. Меч задел его, но это был лишь скользящий удар, пришедшийся, судя по ощущению, по чему-то твердому, как камень. Удар отбросил Каватину в одну сторону, существо — в другую. Пока они плыли прочь друг от друга среди магической тьмы, Каватина впервые как следует разглядела своего противника.
Оно было огромное, как и рассказывал мужчина из Дома Джэлр, уцелевший после нападения, — наверное, вдвое выше Каватины. Похоже оно было на мускулистую женщину-дроу, но на каждой щеке ее виднелось по поросшему волосами мешку, как раз под глазами, и восемь паучьих лап толщиной с прутья от метлы торчали из-под ребер. Оно было обнаженное, со спутанными белыми волосами, кончики которых, казалось, прилипли к плечам и спине.
— Куартц'ресс! — выкрикнула Каватина.
Стальная фляга засверкала. Яркий серебристый свет прорезал магическую тьму и ударил в существо, но, вместо того чтобы пронзить его насквозь и затянуть во флягу, магический луч срикошетил от блестящей черной кожи, точно луч света, отражающийся от зеркала.
Вот, значит, как. Существо явно не демонической породы. Будь оно демоном, фляга поймала бы его, или — и это была куда менее приятная мысль — это какая-то разновидность демонов, невосприимчивая к магии фляги.