Тем временем предводитель отряда снял шлем. Это был мужчина лет пятидесяти, с прямыми седыми волосами, местами заплетёнными в тонкие косички. Тёмно-серые глаза придавали его лицу жесткий, но, в то же самое время, не злой оттенок. Нос был узок, но немного сплюснут. Волевое скулистое лицо с тонкими губами и множественными шрамами говорило о том, что человек, представший перед принцем, знает цену жизни своих людей и своих врагов.
Особенно на его лице сквозь темный морской загар была заметна мертвенная бледность, придающая его облику тщательно скрываемую усталость и изнеможенность. Да и воины, при более близком рассмотрении, ничем не отставали от своего командира. Такие же жесткие и цепкие взгляды, такие же утомлённые, а двое из них (Саша был уверен) ранены.
Во взгляде седого десятника при виде приближающейся девушки скользнула теплота и облегчение. Он мягко, казалось, по-отечески, улыбался. Когда девушка была уже в нескольких шагах, он, будто зная взбалмошный характер своей воспитанницы, произнёс:
— И тебе здравствовать, девочка моя!
— Ах, Альди, как же я испугалась! — девушка вихрем пролетела оставшиеся несколько шагов и повисла на шее своего воспитателя. — Как увидела, что ты сейчас дашь команду… Ведь Ксандр, он с нами… Он вел нас к Смотряку… Ну, он охранял нас и защищал…
— К Смотряку, говоришь… Охранял… Защищал… Ну-ну… Не плачь, всё позади, теперь ты со мной, и мы скоро будем дома… — Альди, растрогавшись, гладил её по волосам. — Только вот о чужаке этом у меня к тебе другой сказ будет…
Аная, немного отстранившись, посмотрела в глаза десятнику, не увидев в них понимания её слов. Она на миг оглянулась. Воины по-прежнему стояли полукругом, готовые к атаке.
Девушка, не веря своим глазам, медленно стала пятиться спиной к Ксандру. Саша стоял не шелохнувшись, наблюдая за разворачивающимся перед его глазами действием. Он давно уже был готов к схватке. Сила циркулировала по его телу, готовая вылиться в серию молниеносных ударов и выпадов, тем более предводитель отряда ощутимо облегчил ему задачу, приказав лучникам опустить луки и сняв свой шлем, наивно полагая, что чужак уже в его руках. Что ж, Саша не пытался разубеждать опытного воина в его неправоте… Пока не пытался…
— Что же это ты говоришь, Альди?! Он не чужак нам! Тебе мало моих слов о благородстве поступка этого воина?! Пусть же скажут тебе другие женщины, которых он спас из полона таркского, не побоявшись выйти в одиночку против дюжины тарков! Ты спроси у них, как он вёл бедных уставших женщин, обходя дозоры вражеские, как охотой кормил нас, как не побоялся принять бой с ледяной у-дур!