– Ты быстро научился.
– Сначала я спотыкался, но ребята дали мне несколько советов, и вот я здесь, без единой сломанной кости.
Бен искренне веселился и громко смеялся. Избавление от заточения в собственном доме и от компании Ханны явно подняло его дух.
– За твое здоровье, Хорст. А ты не пьешь?
– Не хочется, – буркнул Чарли. Он не имел никакого желания пить с Беном Чейни.
– Что ж, твое здоровье! – Бен одним глотком выпил свой сидр. – А как ты себя чувствуешь?
– Хорошо, – равнодушно ответил Чарли.
– А Беллилия?
– Не очень хорошо.
– Сожалею. А что с ней?
– Сильно простудилась. Лихорадка и высокая температура. Что-то похожее на грипп.
– Очень плохо. Доктора вызывали?
– А как он сюда доберется?
Бен засмеялся.
– Да-а, я все-таки городской человек, как видишь. Ну что ж, зато я получил теперь некоторый опыт сельской жизни. Хорошо, что нашел здесь тебя, Чарли.
Пока Бен говорил, перепрыгивая с одной темы на другую, он внимательно все вокруг рассматривал. Ни один дюйм комнаты не избежал его тщательного осмотра. До этого Чарли верил, что такая привычка к наблюдению определена интересом художника к объемным формам и к плоскостям, но теперь он не сомневался, что это означает чрезмерный интерес к Беллилии и ко всему, что ее окружает. Несмотря на свою растущую неприязнь к Бену, Чарли признавал, что его жизненная энергия, подтянутость, правильные, мужественные черты лица – те качества, которые привлекают женщин.
Все это сердило Чарли. Он с неприязнью смотрел на Бена, который уселся в его кресло, свободно растянулся в нем и стал играть ножом для разрезания бумаги дедушки Чарли.
– Что ты устроил моей жене? Что сделало ее такой несчастной? – потребовал ответа Чарли.
Вопросы ошарашили Бена. Он поймал взгляд Чарли, и выражение его лица сразу же изменилось, но спокойные глаза скрывали его чувства, и он ответил:
– Я ничего не устраивал твоей жене.
– Не лги мне. Я должен знать, в чем дело и что между вами происходит. Ты что-то сделал или что-то сказал, и это привело мою жену на грань нервного срыва. Что это было? Если ты ее оскорбил… – Голос Чарли прервался. Несмотря на намерение сохранять выдержку, он дал волю своим страстям. Лицо его стало красным как свекла, кровь пульсировала в висках, и он все время сжимал и разжимал кулаки.
Бен снова откинулся на спинку кресла. Он старался создать впечатление собранности и спокойствия, но в то же время внимательно наблюдал за Чарли, готовясь в случае чего к защите.
– Беллилия тебе сказала, что я оскорбил ее?
– Я верю слову моей жены, Чейни, больше, чем твоему. Я знаю, Беллилия честна передо мной, поэтому тебе нет никакого смысла выкручиваться. Что в тот день произошло между вами?