— Как ты оказалась в Фулкхесте? Уоррик не мстил тебе? Я так счастлива, что ты здесь, Милдред, если только этот монстр тебя не обижает. Однако, я думаю, что нет, поскольку…
— Тише, моя милая, — прервала Ровену Милдред, усаживая ее на скамеечку среди ящиков со швейными принадлежностями. — Как я могу ответить на твои вопросы, если ты задаешь их без передыха. И почему ты не ответила на мой вопрос? Мне сказали, что ты спала в ткацкой.
Милдред придвинула свою скамеечку поближе к ней, когда Ровена, не глядя, ответила:
— Я спала сегодня внизу.
По густому румянцу Ровены Милдред поняла достаточно, чтобы не задавать дальнейших вопросов. Она только сказала:
— Я не удивляюсь.
Ровена вскинула голову.
— Ты не удивляешься? Почему? Меня шокирует, что он хочет… Он теперь мстит таким образом.
— Мстит?
— Да, в точности, подобное за подобное, как он говорит. Все что я сделала ему, он теперь делает со мной, и даже больше.
— Это было ужасно?
— Даже хуже.
— Все?
Ровена нахмурилась.
— Что ты хочешь сказать?
Милдред пожала плечами.
— Подобное за подобное, моя милая, подразумевает, что должна испытать то же удовольствие, что и он тогда. Это так?
Ровена покраснела еще гуще.
— Я вижу, что да. Этого следовало ожидать, когда ты имеешь дело с таким красивым…
— Жестоким.
— …мужчиной, который знает, что делает.
— Ладно, а что ты здесь делаешь? Я боялась, что ты осталась среди развалин Киркбурга, и не могла никуда деться, кроме Эмбрея.
— Никто не остался среди руин. Лорд Уоррик не сжег город, кроме той гостиницы, где его схватили, и даже предложил всем, кто был в крепости, новые дома в своих владениях, если они хотят. Мне он сказал, что я свободна, несмотря на то, что я просила за тебя.
— Я знаю, что он не терпит оправданий, не желает их слышать.
— Да, тогда я думала, лорд Фулкхест убьет меня, если скажу; еще хоть слово. Но он предложил мне дом здесь, в Фулкхесте, если я пообещаю ему верно служить. Поскольку это был единственный способ последовать за своей госпожой, я с радостью согласила. Только он запретил мне с тобой разговаривать.
Ровена вздохнула.
—Я догадывалась. Он не желает, чтобы я испытывала удовольствие от общения с тобой, но даже твое присутствие здесь, рядом, приносит мне облегчение.
Милдред сжала ее руку.
— Не отчаивайся, моя детка. Я не считаю, что он столь испорчен, как ему хочется заставить нас думать. Я слышала много о событиях, которые сделали из него того человека, каким он выглядит сейчас. Вероятно, ты будешь удивлена, но сама я чувствую жалость к нему.
— Жалость к нему? — недоверчиво переспросила Ровена. — Он что, сильно стукнул тебя по голове, прежде чем привезти сюда?