— Миллион двести, — развел руками Паша, — это если готовить отряд по максимуму. Но я не смогу предоставить вам залог на такую сумму…
— А вот здесь поподробнее, пожалуйста — на какую сможете, на что при этом хватит, на что нет?
Где-то минут за пятнадцать мне удалось составить представление о его планах и возможностях их осуществления. Планы-то были ничего, но вот залог — недвижимость в Одессе и Николаеве, оформленная на подставных лиц… наверняка реально она будет стоить куда меньше, чем на бумаге. Плюс его суда, с которыми аналогично…
— Пока сделка получается какой-то несимметричной, — объяснил я свои сомнения. — Даже если все пойдет по лучшему сценарию, я смогу испытать только моральное удовлетворение, без материальной составляющей.
— Но ведь свои части вы вооружаете вообще в убыток?
— Это вы правильно заметили — «свои». Вот если ваш отряд станет в какой-то мере и моим тоже, тогда да…
— Я не против совместного владения, — осторожно сказал Паша.
— Я против. Бумажка, она и есть бумажка. Если отряд совместный, то в его составе должны быть мои люди. Если суда в общей собственности, то свою часть я реализую возможностью в любой момент нажатием кнопки взорвать их — она появится после модернизации этих судов на Николаевском заводе (блеф, конечно, но тут чего только не говорят про инженера Найденова!). Наконец, если я выделяю деньги, то в случае их нецелевого расходования, а попросту — воровства, виновный либо тут же раскаивается с полным возмещением убытков, либо у него начинаются серьезнейшие неприятности вплоть до летального исхода. Вы, наверное, слышали — в обеспечении своих интересов мы с его высочеством больше полагаемся на собственные силы, чем на защиту закона. Это я вам в порядке информации, а не угрозы… Вот на таких условиях вы можете получить всю запрошенную сумму — не деньгами, а модернизацией ваших судов на моем заводе и поставками необходимого вооружения.
Паша молчал. По его лицу было видно, что предложенное мной как-то не очень укладывается в его представления об идеале…
— Все это носит временный характер, до конца войны, — уточнил я. — А потом мои люди вас покидают, взрывные устройства демонтируются, мы жмем друг другу руки, и вы можете делать со своей флотилией что хотите. Ну как?
— Согласен, — с облегчением сказал Одуванько.
— Но за вашими соратниками вам придется смотреть самому, — напомнил я, — имея в виду то, о чем мы с вами только что договорились.
— Проценты? — поинтересовался Паша.
— Ноль.
— Вполне приемлемо. А теперь, если можно, хотелось бы обсудить доходную часть этого предприятия…